Глава XXIII.
НА ЖИЗНЬ И НА СМЕРТЬ
Мисс Клеведон посетила Бунгалло на следующий же день. Она была одна из тех милых, добродушных девушек, которые всегда готовы ухаживать за особами, нравящимися их братьям, которые неспособны руководствоваться эгоистическими расчетами. Приятно было быть госпожой в таком месте, как Клеведон, но Сибилла не могла быть хорошей хозяйкой и сознавала, что Френсис, как сельский сквайр, хорошо сделает, взяв себе жену.
За утренним завтраком сэр Френсис говорил без умолку о Бунгало: об обеде, о фонтане, о доме, об архитектурных фантазиях полковника, о зоологических коллекциях, о самом старом хозяине с его долгими историями и резкими эпитетами, наконец, о мисс Давенант.
-- Хороша она? -- спросила Сибилла с любопытством.
-- По моему мнению, она замечательно хороша, -- отвечал брат. -- Не знаю, можно ли назвать ее профиль классическим. Ее нос как будто слегка вздернут кверху, а может быть, это так кажется от ее манеры держать голову так высоко, как будто она принцесса королевской крови. Словам, Сибилла, я не могу положительно сказать, что она красавица, но если взять в соображение ее великолепные глаза, выражение ее лица, ее живость и какую-то невыразимую прелесть, нельзя назвать ее очень хорошенькой девушкой.
-- Боже мой, какое неопределенное описание, Френсис: великолепные глаза, вздернутый нос и высокомерная манера держать голову.
-- Нет, Сибилла, я не сказал "высокомерная". В ней высокомерия так же мало, как в терпеливой Гризели.
-- Терпеливая Гризель! -- воскликнула мисс Клеведон насмешливо. -- Я никогда не могла помириться с этим смешным созданием. Я уверена, что эту историю написал мужчина, чтобы показать, какими смешными, безличными созданиями вы желали бы нас видеть. Хорошо она одевается?
-- Терпеливая Гризель?