-- Очень рад, что тебе было весело, -- сказал он жене, взглянув на группу в соседней комнате и готовый перейти к гостям, лишь только их разговор начнет замедляться.
-- Я никогда не была на такой славной, патриархальной свадьбе, -- продолжала Августа. -- Церковь была убрана цветами, исключительно белыми и розовыми. Такого множества азалий я нигде не видала, даже в церкви святой Сульпиции в воскресенье святого Вита.
-- Где проведут они медовый месяц? -- спросил Уэстон.
-- В Швейцарии. Жоржи мало путешествовала, и сэр Френсис будет ее путеводителем. Но они намерены вернуться в Клеведон в начале августа, и я дала за тебя обещание, Губерт.
-- Ты не должна давать за меня никаких обещаний. Что ты обещала?
-- Что мы с тобой проведем вторую половину августа в Клеведоне. Нечего пожимать плечами, Губерт. Сессия будет кончена и нельзя будет отговориться комитетами и судебными палатами.
-- Я терпеть не могу гостить в чужих домах.
-- Почему? -- спросила мистрис Гаркрос, глядя на него своими холодными глазами. -- Разве ты уже слишком сильно чувствуешь себя не в своей сфере между помещиками?
Это было невольным проявлением горечи, накипевшей в ее душе в последнее время. Она раскаялась в своих словах, лишь только произнесла их.
-- Нет, не потому, Я не такой человек, чтобы тяготиться сознанием своего ничтожества, и, конечно, не считаю себя ниже сэра Френсиса Клеведона.