В палатке чудовищной величины имел быть обед для арендаторов, в двух других таких же палатках обед для поселян с двадцати миль вокруг Клеведона, включая и всех рабочих, до последнего мальчика, сгонявшего ворон с засеянных полей. После обеда и в начале вечера предполагались танцы в большой столовой, убранной множеством роз и экзотических растений. Вкусы полковника Давенанта склонялись к восточной роскоши.
-- Хорошо было бы повесить золотые занавески на двери, Жоржи, -- говорил он. -- Не мешало бы также достать танцовщиц, которые исполнили бы интермедию, когда гости устанут танцевать. Но в Англии все это так затруднительно.
По совету полковника, леди Клеведон составила из джентльменов, гостивших в доме, общество почетных распорядителей, которые должны были носить ее кокарду, бутон розы на голубом банте, и заботиться о гостях. Мистеру Гаркросу назначено было председательствовать за одним из обеденных столов. Он покорился, и обещал постараться исполнить свою обязанность.
-- Во славу Англии, домашнего блага и красоты, -- сказал он. -- Надеюсь, что кентские девушки красивы, леди Клеведон.
При последних словах сердце его сжалось. Он вспомнил одну кентскую девушку, которая могла бы составить счастие всей его жизни, если б он захотел.
Глава XXXVI.
ВРОЖДЕННЫЙ ВКУС В ЕЕ ПРОСТОМ НАРЯДЕ
Накануне клеведонского праздника, в необыкновенно жаркий, безветренный день, Джанна Бонд сидела в зеленой беседке хорошенького садика, примыкавшего к южной сторожке, и время от времени тяжело вздыхала. Вздыхала она столько же вследствие жары как и вследствие естественного волнения, которое возбуждала в ней ее работа. Она шила себе новый наряд к следующему дню, и так как только накануне вечером было окончательно решено, что она наденет новое розовое кисейное платье, а не старое лавандовое, она работала с лихорадочною поспешностью. На решение это имел значительное влияние Уэстон, подаривший ей соверен на новую ленту.
-- Я знаю, что вы любите красивые цвета, -- сказал он. -- Купите себе самую яркую ленту во всем Танбридже. Я купил бы ее сам, но у мужчин нет вкуса на такого рода вещи.
Мисс Бонд не часто имела удовольствие получать такие подарки, хотя отец ее и слыл за достаточного человека. Она была одета всегда прилично, но очень скромно, как и подобает дочери богобоязненного методиста. Отец большею частью сам выбирал для нее платья, чтоб она не оскорбляла зрение избранных яркими цветами и пестрыми узорами. Джанна вела хозяйство отца, и каждую субботу обязана была отдавать самый строгий отчет в недельных расходах. На праздник тратилось всегда более, чем Джешуа Бонд считал нужным, но если он восставал против этого расхода, Джанна обыкновенно объявляла ему, что большая часть крахмала пошла на его воскресную сорочку.