-- Мой милый Джерардъ!-- вскричала она, смѣясь.-- Трое похоронъ! для города съ двумя стами тысячъ жителей! Неужели это такъ много? Факелы и братья милосердія -- вотъ что произвело на васъ такое сильное впечатлѣніе! Здѣсь похороны гораздо возвышеннѣе, чѣмъ въ Англіи; они такъ напоминаютъ средніе вѣка! они такъ живописны! но не будемъ говорить о похоронахъ.
-- Да, не будемъ! Я пришелъ поговорить совсѣмъ о другомъ. Я хочу поговорить о свадьбѣ -- о нашей свадьбѣ, Эдита. Когда она будетъ?
-- Въ іюнѣ, если хотите.
-- Но я не хочу. До іюня очень далеко. Кто знаетъ, доживемъ ли мы до іюня? Монахи могутъ снести насъ въ могилу при свѣтѣ факеловъ, прежде чѣмъ наступитъ іюнь. Я хочу жениться на васъ завтра...
-- Джерардъ, на Страстной недѣлѣ!
-- Какое мнѣ дѣло до Страстной недѣли! Но если это васъ смущаетъ, то назначимъ свадьбу въ понедѣльникъ на Святой. Послѣ церемоніи мы отправимся въ Спецію и пообѣдаемъ на моей яхтѣ въ красивѣйшей гавани Европы. Мы можемъ оттуда наблюдать, какъ мѣсяцъ серебрить вершины Каррарскихъ горъ, болѣе живописныхъ, чѣмъ снѣжные пики Апеннинъ.
-- Такъ скоро!
-- А почему же нѣтъ!-- съ нетерпѣніемъ произнесъ онъ.-- Эдита, развѣ я ждалъ не достаточно? Я лучшіе годы провелъ въ ожиданіи. Эдита, я былъ вашимъ рабомъ; наградите меня за мою вѣрную службу, пока еще не поздно. Мы должны быть счастливы, Эдита. У насъ есть молодость, богатство, свобода -- всѣ условія для счастія.
-- Да,-- отвѣчала она со слабымъ вздохомъ:-- мы должны быть счастливы.
-- Значитъ, въ понедѣльникъ. Я все устрою.