-- Нѣтъ; это слишкомъ роскошно. Мнѣ кажется, яхта должна бы быть проще. Зачѣмъ этотъ колоритъ арабскихъ сказокъ на морѣ? Представьте себѣ эту каюту во время бури, всѣ эти украшенія -- прыгающими въ бурномъ хаосѣ!
Она взглянула на Джерарда, который стоялъ рядомъ, не принимая участія въ спорѣ, очевидно, нисколько не интересуясь тѣмъ, нравится ей яхта или нѣтъ. На него находили такіе моменты полнаго равнодушія во всему окружающему, и это мрачное, меланхолическое настроеніе повергало въ ужасъ Эдиту Чампіонъ.
Они позавтракали на Джерсейской Лил і и, и завтракъ прошелъ довольно весело, но болтали Джерминъ и м-съ Грешамъ, и только смѣхъ Джермина сообщалъ веселье ихъ трапезѣ. Джерардъ былъ задумчивъ и молчаливъ; Эдита тревожно наблюдала за нимъ. Онъ скоро станетъ ея мужемъ, и его расположеніе духа будетъ сказываться на всей ея жизни. Возможно ли для нея счастіе, если духовная атмосфера ея будетъ всегда скучная и мрачная? Сапфировыя воды залива, яркія Каррарскія горы казались тусклыми, холодными отъ мрачнаго настроенія духа ея возлюбленнаго, того самаго, который въ дни своей бѣдности умѣлъ быть такимъ веселымъ.
Она думала о Джемсѣ Чампіонѣ и объ однообразныхъ посѣщеніяхъ дома въ Финчли, о тягостныхъ часахъ, которые ей приходилось проводить съ умирающимъ, стараясь развлекать его разговоромъ. "Неужели же и Джерардъ станетъ такимъ?-- спрашивала она себя съ мучительнымъ страхомъ:-- неужели и онъ, такъ же, какъ и Чампіонъ, будетъ медленно угасать?* Она взглянула на его впалыя щеки и провалившіеся глаза; замѣтила его разсѣянность и безучастіе, и почувствовала, что ничто ей не гарантируетъ, что она будетъ избавлена отъ такой тяжкой участи.
Къ счастію, однако, мрачное настроеніе не долго длилось у Джерарда; онъ оживился на обратномъ пути и заговорилъ о будущемъ крейсерствѣ на Джерсейской Лил і и. Они посѣтятъ Кипръ, Корфу. Часть осени проведутъ въ Палестинѣ, зиму -- въ Египтѣ, а затѣмъ медленно вернутся въ Неаполь, проживутъ нѣкоторое время въ Ниццѣ, а затѣмъ -- прощай Джерсейская они съ курьерскимъ поѣздомъ вернутся въ Лондонъ и вступятъ въ Гиллерсдонъ-Гаузъ какъ разъ въ разгаръ лондонскаго сезона.
Планъ былъ очень заманчивъ, пока Джерардъ, развеселясь, излагалъ его на пути между Пизой и Флоренціей. Къ несчастію, закончилось это невесело, такъ какъ смѣхъ Джерарда, вызванной одною изъ циничныхъ шутокъ Джермина, привелъ въ сильному припадку кашля, одного изъ тѣхъ убійственныхъ пароксизмовъ, которые до слезъ трогали чувствительную бѣлокурую нѣмочку.
XIII.
М-ръ Мадиксонъ, солиситоръ и повѣренный по дѣламъ м-съ Чампіонъ, прибылъ на слѣдующей недѣлѣ -- тремя днями раньше, чѣмъ считалъ это возможнымъ, поддаваясь на понукательныя телеграммы.
Его пригласили на обѣдъ, на которомъ м-ръ Гиллерсдонъ и его пріятель Джерминъ были единственными гостями, чтобы обсудить все, что нуждалось въ обсужденіи, и познакомиться съ будущимъ мужемъ его довѣрительницы.
Былъ чудный вечеръ, теплѣе, чѣмъ бываетъ въ Англіи въ іюлѣ мѣсяцѣ. Блѣдный новый мѣсяцъ серебрился на розоватомъ небѣ, и м-съ Чампіонъ вмѣстѣ съ Джерардомъ и Джерминомъ находились въ саду, когда явился законовѣдъ, чопорный и важный, въ безукоризненномъ вечернемъ нарядѣ.