Письмо было коротко:
"Милый Джерардъ!
"У меня страшная мигрень, и вообще я такъ дурно себя чувствую сегодня, что вынуждена просить васъ и вашего пріятеля отложить свое посѣщеніе. Я совсѣмъ не въ состояніи принимать гостей. Завтра утромъ я снова напишу. Мнѣ нужно многое вамъ сказать -- это неизбѣжно. И легче это написать, нежели высказать.
"Преданная вамъ -- Эдита".
Любопытное посланіе отъ женщины, съ которой онъ разстался всего лишь нѣсколько часовъ назадъ!
-- Вотъ письмо, которое избавитъ васъ отъ труда придумывать остроумныя и пространныя извиненія,-- сказалъ онъ Джермину.-- Я самъ отвѣчу на это письмо.
И наскоро нацарапалъ нѣсколько словъ, извѣщавшихъ объ его отъѣздѣ изъ Флоренціи.
"Вы два раза откладывали нашу свадьбу,-- писалъ онъ.-- Судьба вынуждаетъ меня отложить ее въ третій разъ. Я напишу вамъ изъ Лондона".
XIV.
Джерардъ путешествовалъ такъ быстро, какъ только поѣзда и пароходы могли везти его, но только на второй день по выѣздѣ изъ Флоренціи, въ полдень, онъ подъѣзжалъ къ станціи ближайшей въ Лоукомбу, причемъ ему предстояло еще часъ ѣхать на лошадяхъ, прежде чѣмъ онъ попадетъ въ Рзовый Павильонъ и узнаетъ худшее. Онъ былъ одинъ. Лакея своего онъ отослалъ въ Гиллерсдонъ-Гаузъ и рѣшительно отказался отъ общества Джермина, хотя тотъ и настаивалъ на томъ, что ему трудно будетъ перенести скуку одинокаго путешествія или послѣдствіи дурныхъ новостей.