Соловьи умолкли, но розы продолжали благоухать и было пріятно сидѣть на лугу и слушать шумъ прибоя, глядѣть на звѣзды, медленно выплывавшія на небо, въ дымной атмосферѣ надъ вязами Гурлингема.
Роджеръ Ларозъ щеголялъ остроуміемъ, а Джерардъ, который наканунѣ былъ молчаливъ и угрюмъ на маленькомъ обѣдѣ въ Гертфордской улицѣ, сегодня болталъ такъ весело, какъ птица.
И такая разница произведена была самымъ низкимъ факторомъ въ жизни человѣка -- корыстью.
Но что за дѣло до причины, когда слѣдствіе было такъ пріятно. Веселость Джерарда сообщилась и его собесѣдникамъ. За ихъ маленькимъ столикомъ выпито было больше шампанскаго, чѣмъ за всѣми другими, а между тѣмъ публики было много, и нѣсколько группъ, разсѣянныхъ тамъ и сямъ, обѣдали подъ открытымъ небомъ.
Веселая болтовня и смѣхъ длились почти до полуночи, когда м-съ Грешамъ вдругъ вспомнила про раннюю службу въ ритуалистическомъ храмѣ Гольборна, и просила, чтобы ее немедленно отвѣли домой,-- ей нужно успѣть собраться съ духомъ до зари.
Джерардъ просилъ, чтобы ни слова не говорили про его измѣнившіся обстоятельства при Роджерѣ Ларозѣ. Роджеръ, а съ нимъ и весь свѣтъ, узнаютъ объ этомъ въ свое время; теперь же ему непріятна была мысль о поздравленіяхъ, какими будутъ его осыпать, причемъ рѣдкія изъ нихъ будутъ искреннія и доброжелательныя.
Успѣетъ еще неумолимое "Illustrated London News" познакомить общество со всѣми подробностями завѣщанія м-ра Мильфорда.
Обѣ дамы были скромны, и хотя Ларозъ удивился немного совѣршенному равнодушію, съ какимъ Гиллерсдонъ заплатилъ за обѣдъ и оставилъ сдачу съ десятифунтовой бумажки гарсону, зная, что его пріятель страдаетъ общей юношеской болѣзнью -- пустымъ карманомъ, но приписалъ его щедрость случайному приливу капиталовъ, позволявшему временно вздохнуть свободно.
На обратномъ пути къ экипажу м-съ Грешамъ ухитрилась завладѣть Гиллерсдономъ, а Ларозу предоставила идти съ м-съ Чампіонъ впереди.
-- Дорогой м-ръ Гиллерсдонъ, такое богатство, какъ ваше, налагаетъ большую отвѣтственность на христіанина,-- начала она торжественно.