-- Так я пошлю за доктором.
-- Доктор не поможет: я больна душой, а не телом.
-- Ты сходишь с ума, я это заметил еще нынче утром. Что с тобой случилось?
Она не отвечала и только пристально смотрела на отца глазами, полными неизмеримой скорби.
-- Отец, -- сказала она, -- мне снился страшный сон, который я забуду только в могиле, рассказать ли тебе его?
-- Почему же нет, если тебе станет легче.
-- Меня уже ничто не успокоит, но выслушай мой сон. Мне снилось, что нашему больному угрожала опасность, не знаю какая, но опасность смертельная. Непреодолимое чувство влекло меня к больному, чтобы отвратить от него эту опасность. Я прошла коридором до самой его комнаты и тотчас заметила, что его сиделка крепко спит.
-- В твоем сне нет, по-моему, ничего замечательного, -- сказал банкир.
-- Это только начало, ты слушай дальше. Едва я успела войти в эту комнату, как в коридоре послышались шаги. То же самое смутное чувство заставило меня спрятаться за занавесью постели больного; я увидела оттуда, как в эту комнату вошел мужчина, видела, как рука убийцы вылила яд в лекарство, я видела лицо отравителя так же хорошо, как вижу теперь твое. Впечатление этой страшной минуты никогда не изгладится в моей душе.
-- Ба! -- отвечал банкир. -- Сильное раздражение всегда порождает такие сильные сны. Твой сон в самом деле странен, но довольно о нем. Завтра мы отправимся вместе с тобой в Брайтон, и, если твои безумные бредни еще продолжатся, я буду вынужден поручить тебя попечениям врача. Теперь же иди за мной.