-- Но в газете не был обозначен возраст, -- скромно отвечала Виолетта, -- а что я имею все познания, требуемые в них, доказывает уже то, что я решилась представиться.
-- Нисколько не сомневаюсь в ваших познаниях, моя милая, -- возразила дама, -- но не могу доверить детей моих почти такому же ребенку, как и они сами.
Виолетта медленно побрела домой. Путь был не близкий. Ей пришлось идти через Лонгакр в Бов-стритс, где все театральные агенты имеют свои конторы. Странная мысль промелькнула в ее голове. Она знала, что актрисы зарабатывали порядочные деньги -- почему бы и ей не сделаться актрисой? Не раздумывая, она подошла к подъезду одной из таких театральных контор и позвонила у дверей. Ей отворили и она вошла в контору, где увидела человека лет тридцати пяти, сидящего за письменным столом перед грудой писем и афишек; у окна стоял спиной ко входу очень прилично одетый господин.
Театральный агент поднял голову и поклонился ей, указав на кресла вблизи стола, но не проронил ни слова. Он, очевидно, ждал, чтобы она сказала ему о цели своего прихода. Но бедная Виолетта, утомленная до изнеможения, опустилась в кресло и при виде сурового лица агента потеряла всю свою минутную храбрость.
К счастью, агент, заметив ее замешательство, первый обратился к ней с вопросом:
-- Вы, должно быть, желаете поступить на сцену?
-- Да, -- дрожащим голосом ответила Виолетта.
-- Очень хорошо. Вы, вероятно, принесли с собой несколько афишек, так прошу вас показать мне их.
-- Афишек?
-- Да, чтобы я мог видеть, где вы играли в последнее время и какие исполняли роли.