-- Вы ошибаетесь, друг мой, это была, вероятно, не она, а другая.
-- Помилуйте, сударыня, я знаю вашу дочь!
-- И она уехала с этим мужчиной?
-- Да, минут за десять до вашего прихода.
Клара была поражена; ее страшная бледность тронула сторожа.
-- Успокойтесь, сударыня, -- ободрял он ее, -- вы, быть может, найдете ее уже дома.
Бесконечен показался мистрисс Вестфорд путь до ее квартиры, и горько было ее разочарование в надежде найти в ней дочь. Она вошла, шатаясь, в неосвещенные комнаты и опустилась в изнеможении на диван. Долго сидела она в тяжелой неподвижности, но она была мать, а мужество матери способно пересилить и само отчаяние: она решилась спасти Виолетту и, сидя впотьмах, старалась припомнить хоть кого-нибудь в мире, кто помог бы ей в таком несчастье, поразившем ее. Несчастная мать не нашла никого: ее гордые родственники отдалились от нее давным-давно, свет позабыл о ней. Только один человек мог помочь ей -- это был Руперт Гудвин, ее враг, но что нужды в том?
Утро застало Клару Вестфорд в пути на Сент-Джемс-сквер, где жил Руперт Гудвин, но ее ожидала и здесь неудача: банкир отлучился, и его ожидали только на другой день.
-- Если мистер Гудвин уехал на дачу, -- сказала мистрисс Вестфорд его слуге, -- то я прямо сейчас отправлюсь в Вильмингдонгалль.
-- Но его там нет, и я, к сожалению, решительно не знаю, куда он уехал, -- отвечал слуга.