ГЛАВА I.
Отецъ и дочь.
Въ укромнѣйшемъ зеленомъ уголкѣ одного изъ самыхъ матріархальныхъ графствъ Англіи притаилось селеніе Гедингемъ. Мѣстность его холмистая, и Гедингемъ лежитъ на днѣ неправильной котловины. Въ цѣломъ приходѣ врядъ ли найдется нѣсколько десятинъ совсѣмъ ровной земли. Огороды -- а ихъ въ Гедингемѣ много и они содержатся въ удивительномъ порядкѣ,-- луга, пастбища волнистыя: подумаешь, что громадные валы расколыхавшагося отъ бури океана внезапно застыли и превратились въ твердую землю. Великіе вулканическіе перевороты долженъ былъ пережить Гедингемъ, прежде чѣмъ принялъ свой настоящій видъ. Геологи высказывали различныя теоріи по этому предмету, но населеніе Гедингема вовсе о томъ не заботилось. Покуда вишни и яблоки зрѣли въ огородахъ, на солнечномъ припекѣ, покуда все шло, какъ слѣдуетъ, на скотныхъ дворахъ и въ ригахъ, въ свиныхъ хлѣвахъ и курятникахъ, Гедингемъ былъ доволенъ.
То было цвѣтущее на видъ, опрятное селеніе, и настолько значительное, что могло бы превратиться въ городъ при благопріятныхъ обстоятельствахъ. Сэръ Обри Перріамъ, владѣвшій значительнѣйшей частью всей земли, былъ богатый человѣкъ и если не очень тароватый, то все же великодушный ландлордъ. Штукатурныя стѣны всѣхъ Гедингемскихъ коттеджей были такъ бѣлы, какъ это было возможно только при частомъ бѣленьи ихъ. Изгороди и заборы въ Гедингемѣ содержались въ порядкѣ. Въ отсутствіе сэра Обри -- а онъ часто отлучался изъ обширнаго и угрюмаго зданія, котораго считался господиномъ,-- зоркое око его управителя надзирало за Гедингемомъ и казалось такимъ же всевидящимъ, какъ и око самого Провидѣнія. Ничто не ускользало отъ его пытливаго взгляда, и такимъ образомъ грязь и безпорядокъ были незнакомы Гедингему.
Не было мѣстечка милѣе, какъ это селеніе въ ясный солнечный день. Вдоль деревенской улицы катился широкій, быстрый ручей, въ свѣтлыхъ струяхъ котораго усталые кони погружали свои утомленные члены; самый видъ и журчаніе его освѣжали измученнаго пѣшехода. Можно было бы написать цѣлую главу о зеленыхъ тропинкахъ, которыя вились вокругъ Гедингема и о тѣнистой прохладѣ, доставляемой старинными каштановыми деревьями и высокими вязами, придававшими видъ парка лугамъ и пастбищамъ Гедингема: его фермеры къ счастію не пришли еще въ сознанію необходимости вырубать на своей землѣ каждое порядочное дерево.
Это зеленое и плодоносное селеніе лежало неподалеку отъ морского берега. Съ вершины одного изъ холмовъ, поросшаго дрокомъ и метлой, взоръ переносился черезъ другую прекрасную долину къ широкому простору океана. На западѣ Англіи самые морскіе берега зелены, и цвѣтущая роскошь полей тянется вплоть до самой воды.
Посмотримъ на Гедингемъ сегодня вечеромъ при слабомъ освѣщеніи заходящаго солнца, красиво закатывающагося позади густой стѣны изъ тисовъ и кипарисовъ, красующейся на кладбищѣ. Первая сцена настоящей драмы происходитъ въ саду, отдѣленномъ отъ кладбища низкой каменной оградой и густой изгородью изъ красиво-подрѣзанныхъ тисовъ, которая темной стѣной возвышается надъ сѣрой оградой: этотъ садъ принадлежитъ сельской школѣ. М-ръ Керью, школьный учитель, говоритъ, что тяжко жить въ такомъ близкомъ сосѣдствѣ съ кладбищемъ и быть вынужденнымъ, выглянувъ въ окошко поутру, любоваться полуразрушенными могильными плитами, черепами и скелетами; но вѣдь м-ръ Керью джентльменъ, не особенно, какъ говорятъ, склонный принимать жизнь съ ея отрадной стороны. Живописецъ съ трудомъ могъ бы вообразить что-нибудь болѣе живописное, чѣмъ эта старинная нормандская церковь, массивнымъ стѣнамъ которой и крѣпкой четыреугольной башнѣ время придало такое богатство оттѣнковъ; подумаешь, что это обширное кладбище съ его волнообразной поверхностью, его благородными старыми деревьями, его ветхими мавзолеями, вокругъ которыхъ обвивается плющъ -- нѣчто зеленое и живое, пускающее корни въ скрытой обители тлѣна.
Джемсъ Керью не охотникъ до всего живописнаго; а не то, быть можетъ, красивая картина, растилающаяся у него передъ глазами, нѣсколько пріѣлась ему. Въ теченіе цѣлыхъ пятнадцати лѣтъ былъ онъ школьнымъ учителемъ въ Гедингемѣ. Мальчики, которыхъ онъ училъ читать и писать, на его глазахъ выросли и поженились и воспитываютъ для него новыхъ учениковъ. Онъ прививаетъ начала знанія второму поколѣнію; но въ эти пятнадцать лѣтъ его собственная жизнь нисколько не улучшилась. Время не принесло ему даже такой радости, какъ прибавка пяти фунтовъ въ его скудному жалованью. Долгія услуги имѣютъ мало цѣны въ глазахъ Гедингемскихъ властей. Мало того: находятся люди, которые завидуютъ скуднымъ рессурсамъ Джемса Керью и поговариваютъ о томъ, что школьный учитель отжилъ свой вѣкъ.
И совсѣмъ тѣмъ въ эти пятнадцать лѣтъ совершилась перемѣна, которая могла бы украсить жизнь иныхъ людей, хотя Джемсъ Керью остался къ ней равнодушенъ. Его единственная дочь -- его единственное дитя -- превратилась изъ ребенка въ женщину. Она была нѣкогда пухлой, бѣлокурой, пятилѣтней дѣвочкой: тогда онъ впервые привезъ ее въ это скромное жилище. Теперь она стала женщиной и признанной красавицей Гедингема. Она можетъ царствовать, въ силу этого божественнаго права, надъ болѣе обширнымъ царствомъ, чѣмъ Гедингемъ, потому что трудно было бы найти болѣе поразительную красоту, какъ красота Сильвіи Керью.
Она стоять у калитки сельскаго сада во время солнечнаго заката и разговариваетъ съ отцемъ. Костюмъ ея, состоящій изъ чисто вымытаго кисейнаго платья и простой черной соломенной шляпки, болѣе чѣмъ простъ, но красотой она одарена на-диво. Быть можетъ, ея величайшая прелесть заключается въ ея крайней оригинальности. Она не похожа ни на какую другую женщину изъ живыхъ, видѣнныхъ вами, но смутно напоминаетъ вамъ лицо на какой-то старинной венеціанской картинѣ. Черты отличаются изящной правильностью греческихъ статуй. Носъ прямой и тонко очерченный, верхняя губа короткая, ротъ прекрасный, но губы чуть-чуть тоньше, чѣмъ бы слѣдовало для полнаго совершенства, подбородокъ короткій, круглый и съ ямочкой, лобъ низкій и широкій, форма лица овальная. Это по части чертъ и линій, которыя принадлежать къ признанному типу красоты.