Цвѣтъ лица поразительный. Сильвія необыкновенно бѣла, бѣлизны алебастра, и щеки ея лишь слегка подернуты румянцемъ, нѣжнымъ, какъ лепестокъ розы. Уже одинъ этотъ цвѣтъ лица давалъ бы ей право считаться красавицей. Но въ придачу къ нему и какъ бы для того, чтобы придать ему больше жизни, красавица обладала темно-карими глазами, того удивительнаго цвѣта, который такъ удавался стариннымъ итальянскимъ мастерамъ -- глазами чрезвычайной кротости и несравненной красоты. Волосы ея подъ тонъ глазамъ, но чуть-чуть свѣтлѣе. Роскошный каштановый цвѣтъ отливаетъ золотомъ, и женскіе зоилы утверждаютъ, что у Сильвіи рыжіе волосы. Онѣ не отрицаютъ ея красоты. Она выше всякой критики. Онѣ просто заявляютъ фактъ: у Сильвіи рыжіе волосы!
-- Миссъ Керью миловидна и кротка, говоритъ миссъ Бордокъ, дочка булочника, но я никогда не довѣряю рыжимъ. Они всегда бываютъ двуличны.
Была ли Сильвія двулична или нѣтъ, покажетъ время.
Отецъ стоялъ рядомъ съ ней у деревянной калитки, съ газетой въ рукѣ... Между ними было мало сходства и всякій могъ видѣть, что если Сильвія наслѣдовала красоту предковъ, то должно быть съ материнской стороны. У м-ра Керью былъ горбатый носъ, сдавленный подбородокъ и выцвѣтшіе сѣрые глаза, которое могли быть нѣкогда красивы. Взглядъ его потухъ, какъ у преждевременнаго старика, и всякій могъ представить себѣ, что онъ не что иное, какъ плохо-сохранившаяся руина виднаго мужчины. Платье его было неопрятно, но нѣжная, бѣлая рука съ тонкими пальцами, маленькая нога, общій видъ и осанка изобличали джентльмена.
-- Куда ты уходишь, спросилъ онъ почти жалобнымъ тономъ. Странно, что тебѣ всегда приспичитъ гулять, когда у меня выдастся свободная минутка.
-- Вы не особенно интересуетесь моимъ обществомъ, пап а, когда я остаюсь дома, отвѣчала Сильвія холодно.
Отецъ и дочь не питали другъ въ другу особой нѣжности.
-- А въ комнатахъ такъ душно въ такіе вечера, продолжала она:-- Ужъ лучше было бы лежать вонъ въ той старой, поросшей плющемъ могилѣ де-Боссиней, вполнѣ и навѣки покончивъ съ жизнью.
-- Ты могла бы почитать мнѣ газету и поберечь мои бѣдные старые глаза. Имъ и то ужъ порядкомъ достается за день.
-- Другіе почти молоды въ пятьдесятъ лѣтъ, пап а. Почему вы кажетесь такимъ старымъ? спросила дѣвушка задумчивымъ тономъ, словно обсуждала какой-нибудь фактъ изъ естественной исторіи.