-- "Въ сущности человѣку слѣдуетъ жить въ свое собственное удовольствіе", думалось ему. "Неужели же я ивберу какую-нибудь кислую дѣву ради герба ея батюшки? Въ мои годы человѣкъ обязанъ пользоваться жизнью".
Они пошли въ садъ, такъ какъ это входило въ программу, и потому должно было быть приведено въ исполненіе. Здѣсь, въ прохладныхъ сумеркахъ, сэръ Обри провелъ своихъ посѣтителей по прямымъ дорожкамъ итальянскаго сада, къ той обширной террассѣ, съ высоты которой они увидѣли перріамскую церковь, пріютившуюся въ зеленой лощинѣ и могилы Перріамовъ, сѣрѣвшія на темно-зеленомъ фонѣ деревьевъ. Отъ этой полускрытой отъ глазъ маленькой церкви и кладбища вѣяло такимъ миромъ и тишиной. Здѣсь самая смерть представлялась мирной дремотой; ни городской шумъ, ни свистъ паровоза не могъ потревожить тихаго покоя!
М-ръ Керью невольно цитировалъ Горація. М-ръ Перріамъ, обрадовавшись удобному случаю, завелъ длинный разсказъ о венеціанскомъ изданіи Горація, которое онъ пріобрѣлъ отъ одного книгопродавца въ Гласго и считалъ необыкновенно выгоднымъ пріобрѣтеніемъ, такъ какъ въ немъ недоставало всего одного тома. Увлекшись разсказомъ, м-ръ Перріамъ взялъ школьнаго учителя подъ руку и началъ прохаживаться съ нимъ взадъ и впередъ по террассѣ; не подозрѣвая въ невинности души той бѣды, которую накликалъ такимъ поведеніемъ, онъ оставилъ сэра Обри и Сильвію наединѣ другъ съ другомъ.
Звѣзды сверкали на ясномъ лѣтнемъ небѣ, и лицо дѣвушки при этомъ серебристомъ освѣщеніи казалось божественно прекраснымъ, потому что всѣ прекрасныя вещи кажутся еще прекраснѣе при свѣтѣ луны и звѣздъ. То было лицо одной изъ юныхъ мадоннъ Рафаэля, ясно задумчивое, съ сосредоточенной улыбкой на раздвинутыхъ губахъ; казалось, что эти глубокіе, темные глаза видѣли нѣчто другое, а не окружающій ландшафтъ, какую-то иную прекрасную картину, открывавшуюся передъ ея духовными очами. Сэръ Обри созерцалъ лицо дѣвушки въ безмолвномъ восхищеніи, въ то время, какъ она стояла прислонясь въ вазѣ, возвышавшейся въ углу балюстрады. Развѣ могла такая красавица не быть доброй? спрашивалъ онъ себя, почти не сомнѣваясь въ отвѣтѣ. Ему казалось, что такое физическое совершенство необходимо связано съ душевной красотой.
И въ самомъ дѣлѣ, возможно, что въ душѣ, обитавшей въ этомъ очаровательномъ тѣлѣ, существовали нѣкогда всѣ задатки доброты, которые нуждались лишь въ развитіи. Иныя натуры развиваются сами собой, какъ вонъ тотъ кедръ, напримѣръ; другія же -- паразитныя растенія, требуютъ заботливаго ухода со стороны садовника.
ГЛАВА XXII.
Честолюбецъ глухъ на все, кромѣ честолюбія.
Сэръ Обри не долго молчалъ, стоя рядомъ съ Сильвіей, а надъ ихъ головою спокойно мерцали звѣзды.
Одинъ вопросъ особенно интересовалъ его.
-- Вашъ батюшка, удостоивая меня своего довѣрія прошлый вечеръ, весьма правильно, на мой взглядъ, понялъ отношеніе, въ какое былъ поставленъ относительно васъ молодой человѣкъ м-ръ Стенденъ, сказалъ Обри съ прямодушіемъ человѣка, привыкшаго скорѣе приказывать, чѣмъ повиноваться.-- Такой прелестной молодой особѣ, какъ вы, не пристало вступать въ семью, которая отказываетъ ей въ уваженіи и любви. Но отцы склонны разсуждать въ такихъ случаяхъ на основаніи здраваго смысла, упуская изъ виду то обстоятельство, что въ этомъ дѣлѣ могутъ быть замѣшаны чувства дочери. Я... я надѣюсь, что этого не было въ данномъ случаѣ. Я надѣюсь, что вы одобрили отказъ вашего батюшки.