-- Старый сталъ ужасно неудобенъ. Къ тому же, какой толкъ хранить хорошія вещи въ шкафахъ? Прощай, Лоузія, прощайте дѣти.
ГЛАВА XXVIII.
Жребій брошенъ.
Обѣды въ Перріамъ-Плэсѣ не были ни пышны, ни шумны; м-ръ Керью и его дочь не нашли въ салонѣ ни души, когда вошли въ него за нѣсколько минутъ до семи часовъ. Этотъ обширный покой, съ его массивной, но рѣдкой мебелью, имѣлъ печальный видъ при вечернемъ освѣщеніи. Размѣры и высота его невольно наводили на мысль, что хорошо было бы, еслибы въ немъ толпился народъ. М-ръ Керью, который, подобно всѣмъ себялюбивымъ людямъ, легко поддавался внѣшнимъ впечатлѣніямъ, слегка поёжился, обводя взоромъ обширный, высокій салонъ.
-- Красивая комната, проговорилъ онъ, только нѣсколько мрачна на видъ.
Сильвія съ любопытствомъ оглядѣлась. Она была рада случаю разглядѣть всѣ эти великолѣпія. Въ ея прошлый визитъ было сначала темно, затѣмъ салонъ скудно освѣтили нѣсколькими лампами и свѣчами, и оба джентльмена были на лицо, поэтому нельзя было осмотрѣть покоя. Сегодня же она могла свободно оглядѣть его, и сегодня она созерцала комнату съ новымъ чувствомъ. Черезъ мѣсяцъ эта комната станетъ ея собственной. Она медленно прохаживалась взадъ и впередъ по великолѣпной комнатѣ, оглядывая высокія китайскія вазы, шкафы съ книгами, массивные диваны и ничѣмъ непокрытые столы.
-- Какія курьёзныя занавѣсы, вскричала она, разсматривая восточный узоръ. Но онѣ очень полиняли. Я думаю, что уговорю сэра Обри замѣнить ихъ новыми... желтый атласъ всего лучше пойдетъ къ этой комнатѣ.
-- Надѣюсь, что сэръ Обри станетъ снисходительно исполнять твои желанія, отвѣчалъ отецъ, припоминая о вчерашнемъ Свиданіи, во время котораго баронетъ отнюдь не показался ему снисходительнымъ.
-- О, я не сомнѣваюсь въ этомъ, возразила Сильвія, улыбаясь своему изображенію въ узкомъ зеркалѣ, расположенномъ между окнами. И когда я сдѣлаюсь лэди Перріамъ -- она никогда не говорила "когда я выйду замужъ", но всегда -- "когда я сдѣлаюсь лэди Перріамъ" -- я буду давать вечера, и эта комната получить тотъ видъ, какой слѣдуетъ. Это великолѣпная комната для вечеровъ, не правда ли, папа?
-- Нѣтъ сомнѣнія. Но я не думаю, чтобы сэръ Обри былъ охотникъ до вечеровъ. Про него всегда говорили, что онъ сидитъ весь вѣкъ взаперти и никого почти не видитъ.