Гдѣ только можно было кстати или некстати прицѣпить флагъ, тамъ флагъ развѣвался, и эти полосы яркихъ цвѣтовъ отчетливо выдѣлялись на холодной зелени листвы и на теплой синевѣ безоблачнаго лѣтняго неба.
Люди поздравляли другъ друга съ хорошей погодой:-- такая, право, удача, а вѣдь того и гляди сегодня именно могъ наступить переломъ, послѣ долгой жары и засухи.
Утромъ совершено было краткое богослуженіе въ старой церкви... единственномъ прохладномъ уголкѣ въ Гедингенѣ въ подобные жаркіе дни: толстыя стѣны и окна съ глубокими нишами пропускали мало солнечныхъ лучей,-- между тѣмъ какъ взоры отдыхали на густой, темновеленой листвѣ кипарисовъ и тисовъ, виднѣвшихся изъ-за нихъ. Въ два часа дѣти должны были попарно отправиться на огородъ; въ два часа предстояло открыться базару. Деревенскіе гости должны были пріѣхать конечно гораздо позже, потому что явиться спозаранку значило бы уронить себя. Жители Монкгемптона, менѣе чопорные, но болѣе преданные развлеченіямъ, должны были пріѣхать раньше. Уже Гедингемскія дѣвицы красовались за прилавками, перебѣгали изъ одной палатки въ другую, болтали, хихикали, сообщали другъ другу свои секреты и намеки, любовались нарядами, сшитыми нарочно для этой оказіи. Глаза разбѣгались при видѣ всѣхъ этихъ розовыхъ и голубыхъ, абрикосовыхъ и вишневыхъ платьевъ. Сердце Сильвіи замирало въ то время, какъ она наблюдала за ними изъ-за калитки огорода, гдѣ она дожидалась прихода дѣтей... этизъ скучныхъ, потныхъ мальчиковъ и дѣвочекъ, которыхъ она обязана была держать въ порядкѣ и забавлять... рискуя остаться хромой на всю жизнь, если они наступятъ ей на ногу своими грубыми сапогами, съ подбивкою гвоздей.
-- И мнѣ предстоитъ всю жизнь провести въ бѣдности, говорила она себѣ со вздохомъ, наблюдая за яркими, свѣжими костюмами, мелькавшими въ полѣ. Тамъ носилась также и бѣлыя гренадиновыя платья, которыя Мери Питеръ сшила для обѣихъ миссъ Тойнби, худыхъ и нѣсколько угловатыхъ дѣвицъ, увѣшанныхъ гренадиновыми оборками я голубыми атласными рюшами.
-- Онѣ точно вырядились на балъ, подумала Сильвія.-- Какой чучелой должна я казаться рядомъ съ ними. И миссисъ Стенденъ, надо полагать, тоже пріѣдетъ и станетъ пялить на меня свои противные, холодные голубые глаза.
Миссисъ Стенденъ -- ея первый врагъ, несправедливость которой отвела кубокъ радости и надежды отъ ея устъ. Она не была бы простой смертной, если-бы не ненавидѣла миссисъ Стенденъ. Но она была простой смертной и ненавидѣла мать своего возлюбленнаго отъ всего сердца.
Наряды оказываютъ такое чарующее дѣйствіе на дѣвушку, а въ особенности на дѣвушку, воспитанную въ деревнѣ, что, созерцая двоихъ разряженныхъ сестеръ, Сильвія на минуту позабыла о своей красотѣ. Она позабыла, что на ея сторонѣ находится такое преимущество, съ которымъ не могутъ тягаться никакія ухищренія моды. Она одѣлась въ простое бѣлое кисейное платье, безъ всякой отдѣлки, кромѣ узенькой кружевной оборочки вокругъ горла; никакая цвѣтная ленточка не нарушала его непорочной бѣлизны. Она отложила въ сторону шляпу, потому что должна была цѣлый день оставаться на тѣнистомъ огородѣ, и шляпа только бы мѣшала ей. Она не надѣла перчатокъ, такъ какъ рукамъ ея предстояло цѣлый день рѣзать какъ и намазывать хлѣбъ масломъ. Золотистая масса ея великолѣпныхъ каштановыхъ волосъ увѣнчивала ея голову и украшала ее лучше любой короны изъ золота и драгоцѣнныхъ каменьевъ, сработанной человѣческими руками. Она отлично умѣла плести свои толстыя, длинныя косы -- которыя мгновенно придали бы ей сходство съ "Маргаритой" Гёте, если-бы она ихъ распустила -- и располагать ихъ короной надъ своимъ бѣломраморнымъ лбомъ, что дѣлало ее еще выше, хотя она вообще была высокаго роста.
-- Какой неуклюжей кажется эта дѣвушка въ ея длинномъ, гладкомъ платьѣ, сказала миссъ Тойнби миссъ Пальмеръ, докторской дочкѣ -- и при этомъ она тщеславна, какъ павлинъ, постоянно старалась привлечь на себя вниманіе. Посмотрите, какую башню она соорудила изъ своихъ волосъ.
-- И которые вдобавокъ совсѣмъ рыжіе, возразила миссъ Пальмеръ.
-- Но всѣ мужчины восхищаются ею. Я полагаю, что это происходить оттого, что она похожа на одну изъ этихъ противныхъ до-Рафаэлевскихъ картинъ, добавила юная лэди, не любившая очевидно искусства.