Для нея свобода -- значила одиночество и голодъ.
-- Я рада услужить вамъ, повторила Сильвія, и надѣюсь, что если мнѣ когда-нибудь понадобится ваша помощь, то я найду въ васъ друга.
-- Да, на жизнь и на смерть! отвѣчала та выразительно.
-- Это значитъ -- друга, который не остановится передъ жертвами, не такъ ли? спросила Сильвія, задумчиво глядя въ огонь.
-- Друга, который не поморщится, если отъ него потребуютъ непріятной для него услуги. Я хотѣла сказать преданнаго друга. Вы, конечно, не потребуете отъ меня ничего худого.
-- Не считайте меня лучше, чѣмъ я есть. Я не хочу прикидываться безупречной.
-- Никто не безупреченъ въ здѣшнемъ мірѣ, лэди Перріамъ; но я надѣюсь и вѣрю, что вы добры и чисты, насколько это свойственно человѣку.
Сильвія вздохнула съ усталымъ видомъ и помолчала прежде, чѣмъ отвѣтить на послѣднія слова миссисъ Картеръ.
-- Я завишу отъ обстоятельствъ, проговорила она, наконецъ. Женщины слишкомъ слабы, чтобы бороться съ судьбой. Я отчасти фаталистка, миссисъ Картеръ.
-- Опасное ученіе, лэди Перріамъ.