Миссисъ Стенденъ трепетала, но не говорила, ни слова. Эсѳирь почувствовала, что слабой надеждѣ, зародившейся въ ея сердцѣ, суждено погибнуть. Гдѣ ей было бороться съ этой сиреной, которую Эдмондъ такъ страстно любилъ полтора года тому назадъ, и, можетъ быть, никогда не переставалъ любить. Эсѳирь знала, что на него находили припадки хандры и что эта хандра вызывалась воспоминаніемъ о Сильвіи.
Какъ сильно ни подѣйствовала смерть сэра Обри на Эдмонда, онъ выслушалъ вѣсть объ этомъ событіи молча и не измѣняясь въ лицѣ. Онъ переслушалъ всѣ сплетни, возбужденныя этимъ событіемъ и вертѣвшіяся преимущественно около вопроса: какъ велико состояніе, оставленное сэромъ Обри; но самъ не проронилъ словечка. Дома онъ былъ также сдержанъ на этотъ счетъ; даже, когда вѣтреная Элена Сарджентъ разразилась за обѣдомъ какимъ-то непріязненнымъ замѣчаніемъ насчетъ лэди Перріамъ, то у Эсѳири промелькнула мысль, сложившаяся затѣмъ въ убѣжденіе, что плохо затушенная страсть Эдмонда разгорится новымъ пламенемъ, и что прежде чѣмъ Сильвія успѣетъ снять трауръ, онъ потребуетъ отъ нея исполненія нарушеннаго ею обѣщанія. Ея измѣна позабудется или, по крайней мѣрѣ, простится ей. Онъ будетъ помнить только о томъ, что она свободна, и онъ можетъ жениться на ней.
Эсѳирь приготовилась увидѣть первый знакъ возврата Эдмонда къ прежней страсти въ измѣненномъ обращеніи его съ ней самой. Онъ станетъ холоднѣе, церемоннѣе, безсознательно превратитъ тѣ дружескія отношенія, которыя были такъ дороги ей и казались такъ пріятны ему. Онъ разучится приносить ей всѣ новыя книги, которыя читаетъ самъ; разучится просить ее пѣть съ нимъ дуэты.
Однако, къ удивленію миссъ Рочдель, такой перемѣны въ обращеніи Эдмонда не воспослѣдовало. Если онъ измѣнился по смерти сэра Обри, то въ томъ лишь отношеніи, что сталъ еще добрѣе, еще теплѣе, чѣмъ прежде. Ихъ болѣе, чѣмъ когда-либо, связывала обоюдная любовь къ литературѣ и музыкѣ. Они вмѣстѣ читали Шиллера, къ тайному неудовольствію миссисъ Стенденъ и Элены, которымъ звуки нѣмецкаго языка казались просто варварскими. По мѣрѣ того, какъ дни удлинились, Эдмондъ сталъ зазывать на послѣобѣденныя прогулки по лугамъ, гдѣ фіалки и другіе ранніе цвѣты праздновали карнавалъ весны. Миссисъ Стенденъ никогда не выходила послѣ обѣда. Миссисъ Сарджентъ предпочитала дѣтскую всѣмъ прогулкамъ въ мірѣ въ тотъ часъ, когда ея дѣвочки ложились спать. Такимъ образомъ, естественнымъ товарищемъ Эдмонда была Эсѳирь Рочдель. Она была слишкомъ непорочна для того, чтобы разыгрывать чопорную дѣвицу и такъ же просто и непринужденно шла съ нимъ гулять по вечерамъ, какъ еслибы они были два товарища-студента въ Гейдельбергѣ.
Въ одинъ тихій апрѣльскій вечеръ -- недѣль шесть спустя послѣ смерти сэра Обри -- они забрели такъ далеко, что очутились на Кроплейской пустоши, на той самой неровной полянѣ, на которой Эдмондъ встрѣтилъ Сильвію въ бурю и отвѣчалъ на ея удивительные вопросы касательно его сватовства въ Эсѳири. Скатъ холма съ его овражками и буграми, поросшими дикимъ терновникомъ, казался совсѣмъ инымъ въ этотъ ясный апрѣльскій вечеръ. На западѣ небо еще отливало розовымъ послѣ солнечнаго заката, и блѣдный полумѣсяцъ слабо сіялъ на небесномъ сводѣ. Отдаленная полоса моря была окутана наступавшими сумерками, и одна одинокая лодка съ бѣлымъ парусомъ выдѣлялась на темнѣющемъ небѣ.
Эдмондъ и Эсѳирь шли нѣкоторое время молча, погруженные въ свои мысли, какъ вдругъ молодой человѣкъ остановился и предложилъ отдохнуть нѣсколько минутъ, прежде чѣмъ пуститься въ обратный путь.
Эсѳирь, обыкновенно охотно исполнявшая его желанія, на этотъ разъ протестовала:
-- Уже поздно, Эдмондъ, и тётѣ придется ждать за чайнымъ столомъ.
Одною изъ вечернихъ обязанностей Эсѳири было разливаніе чая.
-- Пусть она подремлетъ лишніе полчаса, Эсси. Сонъ не повредитъ ей, а мнѣ нужно переговорить съ вами.