Но не успѣлъ онъ отправить письма, какъ раскаялся въ томъ, что написалъ его. Онъ подумалъ, какой нехорошій видъ будетъ имѣть это свиданіе въ глазахъ Эсѳири, еслибы по какой-нибудь несчастной случайности она узнала о немъ. А деревенскіе жители окружены шпіонами.
Не написать ли ему новое письмо и взять назадъ свое обѣщаніе? Онъ раздумывалъ объ этомъ весь день, но не написалъ такого письма.
По мѣрѣ того, какъ день проходилъ, чувство своей какъ-бы виновности овладѣло имъ, и ему непріятно показалось увидѣться съ Эсѳирью Рочдель и съ матерью, прежде чѣмъ онъ не свидится съ лэди Перріамъ. Онъ велѣлъ принести себѣ обѣдъ изъ таверны и оставался въ банкѣ и во все послѣобѣденное время, просматривая счеты и пиша дѣловыя письма; оставался до тѣхъ поръ, пока монкгемптонскіе часы пробили безъ четверти восемь.
Отъ банка до Перріама. былъ почти часъ ходьбы. М-ръ Стенденъ оставилъ себѣ четверть часа про запасъ, но вмѣсто того, чтобы идти размѣреннымъ шагомъ и оставаться хладнокровнымъ, какъ намѣревался, пустился почти бѣгомъ и вступилъ на маленькую тропинку, ведущую къ перріамской церкви въ половинѣ девятаго, пробѣжавъ все пространство въ три четверти часа.
Ему ничего не оставалось въ остальные полчаса, какъ выкурить сигару или двѣ, и бродить между могилами, размышляя о бренности всего земного и сожалѣя о собственномъ безуміи, которое попустило Сильвію Перріамъ поддѣть его на это вечернее rendez-vous.
Горькія мысли носились у него въ головѣ въ эти долгіе полчаса, и, однако, онъ жаждалъ ея прихода и звукъ легкихъ шаговъ по террасѣ надъ нимъ заставилъ его сердце такъ же забиться, какъ оно билось въ былые лѣтніе вечера, когда онъ дожидался свою милую подъ орѣшникомъ: тотъ же жаръ, то же нетерпѣніе, та же страсть охватили его, хотя онъ и былъ нареченнымъ женихомъ Эсѳири Рочдель.
Легкіе шаги прошли вдоль всей террасы и онъ увидѣлъ, какъ черная фигура остановилась у низкихъ желѣзныхъ воротъ, отворила ихъ, и затѣмъ спустилась съ нѣсколькихъ ступень до калитки, которая вела на кладбище. Луна ярко свѣтила на небѣ, и красота Сильвіи казалась какой-то фантастической при мягкомъ, серебристомъ освѣщеніи, въ то время, какъ она медленно приближалась къ нему -- стройная и граціозная въ своемъ черномъ одѣяніи, на которомъ лицо ея выдѣлялось своей мраморной блѣдностью.
-- Это очень любезно съ вашей стороны,-- трепетно проговорила она, протягивая ему свою маленькую ручку безъ перчатки.
Трудно задушить страсть. Онъ намѣревался быть холоднымъ, какъ ледъ... нечувствительнымъ, какъ домашній стряпчій. Но взялъ дрожащую руку и сжалъ ее такъ же нѣжно, какъ и въ ту пору, когда считалъ эту дѣвушку воплощенной невинностью и самой искренностью.
-- Боже мой,-- сказалъ онъ. Вы, конечно, знали, что вамъ стоило кликнуть и я приду. Но прежде чѣмъ вы скажете мнѣ еще слово, я долженъ, какъ честный человѣкъ, объявить вамъ, что я пришелъ сюда женихомъ Эсѳири Рочдель.