Послѣ обѣда онъ пошелъ въ кабинетъ для чтенія и пробѣгалъ газеты безъ всякаго интереса, какъ вдругъ его поразило нѣчто, въ одно мгновеніе перевернувшее всѣ его планы и изгнавшее изъ его головы самую мысль о зимованіи въ Алжирѣ.
Слѣдующее краткое объявленіе красовалось среди различныхъ другихъ загадочныхъ объявленій, на второй страницѣ прибавленій къ газетѣ "Times", не въ сегодняшнемъ No, какъ открылъ затѣмъ Эдмондъ, когда поглядѣлъ на число, но во вчерашнемъ:
"Друзья лэди, серьезно заболѣвшей въ отелѣ Пиръ, въ Ньюгавенѣ, приглашаются снестись съ владѣлицей отеля. Лэди прибыла съ послѣполуденнымъ поѣздомъ изъ Льюиса, въ четвергъ, 10-го сентября, и съ тѣхъ поръ лежитъ въ горячкѣ и бреду. Бѣлье ея помѣчено С. П. На ней надѣтъ большой брилліантовый крестъ и съ ней находится ручной, сафьянный мѣшокъ, въ которомъ вѣроятно заключаются цѣнныя вещи".
Не могло быть никакого сомнѣнія въ личности означенной особы. Было половина восьмого, когда Эдмондъ Стенденъ прочиталъ это объявленіе. Въ восемь онъ уже былъ на станціи London Bridge, а въ четверть девятаго уже находился на пути въ Ньюгавенъ. Въ Льюисѣ ему пришлось дожидаться цѣлый часъ и только въ одиннадцать часовъ прибылъ онъ къ мѣсту своего назначенія. Здѣсь ожидало его новое разочарованіе и тревога. Хозяйка отеля передала ему странную повѣсть.
Она послала объявленіе въ "Times" въ прошлую пятницу, по совѣту доктора, предвидѣвшаго у больной тифъ. Хозяйка пришла въ ужасъ при одной мысли объ этой болѣзни и тотчасъ же высказалась за помѣщеніе больной въ больницу.
Докторъ рѣшилъ, что это невозможно. Она была слишкомъ слаба, чтобы вынести такое перемѣщеніе, и все, что можно было сдѣлать, это перевести ее въ сосѣднюю квартиру и подождать извѣстій отъ друзей, которые могли увидѣть объявленіе въ "Times". Это было сдѣлано немедленно, и страннымъ образомъ съ того самаго момента больная стала поправляться. Она стала гораздо спокойнѣе и лихорадочное состояніе значительно уменьшилось къ субботѣ вечеромъ. Въ воскресенье она встала съ постели. На слѣдующій день улучшеніе стало еще чувствительнѣе: паціентка была спокойна и въ полномъ сознаніи. Она раскрыла мѣшокъ, вынула изъ него кошелекъ, изъ котораго достала доктору двадцатифунтовую бумажку и заплатила хозяйкѣ десять фунтовъ за содержаніе и услуги. Въ понедѣльникъ сидѣлка, ухаживавшая за больной, отлучилась на короткое время. По ея словамъ она была въ отсутствіи всего четверть часа, но по возвращеніи не нашла больной. Сидѣлка оставила ее одѣтой и лежащей на диванѣ. Принялись за поиски, но поздно.
Время исчезновенія больной совпадало со временемъ отплытія парохода въ Діеппъ, но никому не пришло въ голову идти на пристань или подумать о томъ, что больная могла отплыть въ лодкѣ къ пароходу.
Когда тотъ же самый пароходъ вернулся въ Ньюгавенъ, то дознано было, что лэди въ траурѣ, отвѣчающая примѣтамъ неизвѣстной больной, отплыла на немъ въ Діеппъ. Никто не замѣтилъ, куда она отправилась и встрѣтилъ ли кто её по прибытіи парохода.
-- Я боюсь, что у бѣдной молодой лэди неладно въ головѣ,-- прибавила хозяйка съ видомъ симпатіи... Двадцати-фунтовая бумажка была очень выгодной платой за бульонъ и аррорутъ, приготовляемый для больной.
-- Д-ръ Фолькатъ говоритъ, что она поставила свою жизнь въ опасность этимъ безумнымъ путешествіемъ, потому что она была слаба, какъ ребенокъ, и держалась на ногахъ только вслѣдствіе нервнаго возбужденія.