-- Очень хорошо, м-ръ Керью. Однакожъ, я долженъ вамъ замѣтить, что я сомнѣваюсь, чтобъ дочь ваша подчинилась вашему рѣшенію въ этомъ дѣлѣ.
-- Это какъ ей будетъ угодно, отвѣчалъ равнодушно школьный учитель: я только могу пытаться воспрепятствовать тому, чтобъ она не бросилась въ бездну, но если она рѣшилась, по внушенію ли своего сердца, или ума,-- я въ точности не знаю, что именно руководитъ побужденіями женщинъ выйдти замужъ за нищаго,-- то я тутъ ни причемъ. Я только могу отказать вамъ отъ моего дома, заключилъ онъ, съ такой важностью, какъ-будто его скромная пріемная была дворцомъ.
-- Вы напрасно объ этомъ безпокоитесь, отвѣчалъ Эдмондъ, я сегодня въ первый и послѣдній разъ переступилъ вашъ порогъ. И ныньче я явился лишь затѣмъ, что исполнить свой долгъ.
-- О! конечно, вы обязаны были сообщить мнѣ о томъ, что вы украли сердце моей дочери, сказалъ школьный учитель, съ леденящимъ выраженіемъ.
Эдмондъ не счелъ нужнымъ отвѣтить на это оскорбленіе, хотя оно глубоко задѣло его. Сильвія была виновата, что онъ раньше не сообщилъ о всемъ ея отцу, но онъ умолчалъ объ этомъ.
-- Я уѣзжаю изъ Англіи на нѣкоторое время по семейнымъ обстоятельствамъ, сказалъ онъ спокойно: позволите-ли вы мнѣ проститься съ Сильвіей.
-- Я не могу позволить ничего подобнаго. Вообще я не допущу никакихъ сношеній между вами. Если же она предпочитаетъ не слушаться меня, то пусть она и отвѣчаетъ за послѣдствія своихъ поступковъ, и искупитъ свое безуміе въ тюрьмѣ или самоубійствомъ. Я не буду жалѣть ее.
-- А я сочту добрымъ дѣломъ избавить ее отъ опеки подобнаго отца, воскликнулъ въ негодованіи Эдмондъ.
-- Прощайте, сэръ, сказалъ учитель, направляясь къ двери; мои воспитанники такъ расшумѣлись, что мнѣ необходимо вернуться къ нимъ.
Эдмондъ гордо кивнулъ ему головой и вышелъ вонъ, возмущенный до глубины души. Что скажутъ въ Гедингемѣ, когда узнаютъ, что онъ добивался руки дочери школьнаго учителя и былъ отвергнутъ съ презрѣніемъ. Сердце его расходилось отъ оскорбленной гордости.