Онъ былъ настолько провинціалъ, что придавалъ себѣ извѣстное значеніе, хотя и легко относился въ различію общественнаго положенія между нимъ и Сильвіей, когда защищалъ свою любовь передъ м-съ Стенденъ. Онъ чувствовалъ, что респектэбльность имени Стенденовъ была оскорблена въ его лицѣ.
Въ порывѣ негодованія онъ почти позабылъ про Сильвію и свою любовь. Проходя черезъ кладбище и поровнявшись съ тѣмъ мѣстомъ, гдѣ тѣнь кипарисовъ и тисовъ особенно была густа, около поросшей плющемъ могилы Боссиніевъ, онъ услышалъ за собой легкіе шаги, и немедленно двѣ ручки обвились вокругъ его руки.
-- Эдмондъ, неужели ты хотѣлъ уѣхать, не простившись со мной?
Негодованіе исчезло при звукѣ этого голоса. Онъ взглянулъ на нее прежнимъ, нѣжнымъ взоромъ, омраченнымъ грустью.
-- Милая моя, мое сердце надрывалось отъ такой разлуки, но я не могъ медлить, а отецъ твой запретилъ мнѣ видѣться съ тобой.
-- Отецъ мой? Да я вовсе не забочусь объ его запрещеніяхъ, когда дѣло касается тебя. Мнѣ кажется, я бы бѣгомъ бѣжала до Монкгемптона, подъ палящими лучами солнца, чтобъ застать тебя на станціи, еслибъ я не нагнала тебя здѣсь. Но такъ какъ я тебя нагнала, то посидимъ, Эдмондъ, подъ тѣнью этихъ деревьевъ, и передъ отъѣздомъ поцѣлуй меня, и скажи мнѣ еще одинъ разокъ, что ты меня любишь.
Поцѣлуй и клятва въ любви были повторены многократно. "Моя дорогая жена", страстно сказалъ Эдмондъ.
Слова эти заставили Сильвію встрепенуться, и она съ удивленіемъ взглянула на него.
Онъ еще впервые называлъ ее этимъ нѣжнымъ именемъ.
-- Твоя жена! повторила она.-- Неужели ты думаешь, Эдмондъ, что это когда-нибудь сбудется.