-- Кажется, нет, -- отвечала мисс Мэсон, -- старик Вэн умер два или три года тому назад.
-- Да, матушка писала мне о его смерти.
-- Вы были в Индии, когда это случилось?
-- Да.
Лицо Элинор побледнело, а сердце тяжело забилось в груди. Как смели они говорить о ее умершем отце тоном почти дерзкого равнодушия. Единственная страсть ее юной жизни имела над ней и теперь такую же сильную власть, как в то время, когда она на коленях в маленькой комнатке, приподняв сжатые руки к низкому потолку, произносила страшную клятву своими юными устами.
Она вдруг бросила работу, встала и вышла из тени лаврового куста.
-- Элинор! -- закричала Лора Мэсон, -- куда вы идете?
Ланцелот Дэррелль сидел в небрежной позе, играя мотками шелка, клубками шерсти, всеми принадлежностями вышиванья, разбросанными на столе перед ним, но он поднял голову, когда Лора произнесла имя своей приятельницы и, может быть, первый раз пристально взглянул на мисс Вэн.
Он глядел на нее несколько минут, пока она разговаривала с Лорой за несколько шагов от него. Может быть, взгляд его был пристальнее, просто, от привычки живописца смотреть пристально на хорошенькое личико. Он скоро опустил глаза и глубоко вздохнул, как будто с облегчением.
-- Случайное сходство, -- пробормотал он, -- такое сходство беспрестанно случается на свете.