Мисс Вэн часто бывала в английском театре во время своей жизни в Челси, потому что старик знал некоторых содержателей лондонских театров, людей, помнивших его счастливую жизнь, и время от времени, приглашавших его в свои ложи. Но парижские театры казались таинственно восхитительными Элинор.
-- Вы можете здесь доставать билеты в театр, папа? -- спросила она. -- Как, бывало, в Лондоне?
Вэн пожал плечами.
-- Нет, душа моя, -- сказал он, -- Это совсем не так легко. Я знаю одного из декораторов в Амбигю -- очень талантливого человека -- но он не может раздавать лож. Я вот что скажу тебе, Элинор, я сведу тебя сегодня в театр Порт-Сен-Мартен -- зачем я лишу мою дочь невинного удовольствия? -- я сведу тебя, если только...
Джордж Вэн остановился и мрачная тень пробежала по его лицу, тень, заставившая его казаться стариком. Моложавость его наружности совершенно зависела от упругости натуры, состязавшейся со старостью. В эту минуту, когда уныние овладевало им, он казался тем, кем он был -- стариком.
-- Если только что, милый папа? -- спросила Элинор.
-- Я... у меня было назначено свидание, душа моя, с... с двумя джентльменами, которые... но я не пойду туда, Элинор, нет, нет, я не пойду туда. Я поведу тебя в театр. Я могу доставить тебе это удовольствие.
-- Милый, милый папа, вы никогда не отказывали мне ни м каком удовольствии, но с моей стороны было бы эгоистично просить вас не сдержать слова, данного этим двум джентльменам. Уж лучше подите к ним.
-- Нет, нет, душа моя... я... это будет лучше, может быть. Да, я поведу тебя в театр.
Вэн говорил нерешительно. Тень еще не сбежала с его лица. Если бы дочь его была менее занята парижскими лавками, новизною и веселостью толпы, она, наверно, приметила бы перемену в этом обожаемом отце.