-- Спальня рядомъ,-- сказалъ онъ, указывая на внутреннюю дверь.-- Есть также уборная. Вѣроятно, понадобится комната для дѣвушки? Я сейчасъ пришлю горничную. Прикажете подавать кушать?
-- Нѣтъ, благодарю. Можете принести чаю,-- отвѣчала Лора, утомленно опускаясь на стулъ. Она не поднимала вуаля, чтобы скрыть слѣды слезъ на щекахъ.-- Если джентльменъ, по имени Сампсонъ, будетъ меня спрашивать въ теченіе вечера, потрудитесь проводить его сюда.
-- Слушаюсь. Фамилія?
-- Фамилія! Ахъ, вы спрашиваете мою! Тревертонъ, мистриссъ Тревертонъ.
Она содрогнулась при мысли, что черезъ нѣсколько дней имя это можетъ стать общеизвѣстнымъ.
Мэри распорядилась, чтобы вмѣстѣ съ чаемъ подали блюдо котлетъ; затѣмъ онѣ съ горничной отеля принялись за уборку спальни мистриссъ Тревертонъ, раскрыли чемоданъ, вынули изъ дорожнаго мѣшка обдѣланныя въ слоновую кость щетки и флаконы съ серебряными крышками и придали удобный и уютный видъ нежилой комнатѣ.
Камины топились въ спальной и уборной, на всемъ лежала та печать роскоши, благодаря которой путешественникъ съ ограниченными средствами можетъ вообразить, что онъ, въ данную минуту, живетъ какъ человѣкъ, имѣющій десять тысячъ фунтовъ въ годъ.
Вечеръ прошелъ печально и томительно для Лоры Тревертонъ. Теперь только начинала она сознавать постигшую ее катастрофу. Только теперь, когда она расхаживала взадъ и впередъ по незнакомой гостиной, въ полномъ одиночествѣ, вдали отъ другей, въ этомъ громадномъ Лондонѣ, только теперь поняла она весь ужасъ своего положенія.
Мужъ ея арестованъ; онъ обвиняется въ самомъ ужасномъ преступленіи, какое человѣкъ можетъ совершить противъ себѣ подобныхъ; завтра, быть можетъ, онъ будетъ поставленъ лицомъ къ лицу со своими обвинителями, а къ вечеру того-же дня подробности его предполагаемой вины будутъ передаваться изъ устъ въ уста, составляя предметъ праздныхъ толковъ, вызывая нелѣпыя замѣчанія. Онъ, ея сокровище, униженъ настолько, насколько человѣкъ можетъ быть униженъ! Это было слишкомъ ужасно. Она закрыла глаза руками, какъ будто желая не видѣть представлявшейся ей страшной картины -- скамьи подсудимыхъ, судей, палача, эшафота.
-- И мужа моего подозрѣваютъ въ подобномъ преступленіи,-- говорила она себѣ.-- Моего мужа, чьи самыя сокровенныя мысли мнѣ извѣстны,-- человѣка, неспособнаго быть жестокимъ къ самому низшему изъ Божьихъ твореній.