Молодой человек бросился открывать дверь, и девушка, войдя в классную комнату, села прямо на кафедру. В течение четверти часа она говорила о разных разностях, давала поручения, просила собрать сведения относительно родителей его учеников и т. д. Ричард хранил глубокое молчание. Опершись на подоконник, он перебирал своей нежной рукой часовую цепочку. Бланш заметила его рассеянность и сказала с нетерпением:
-- Ричард Саундерс, да вы совсем меня не слушаете. Я уверена, что вы не слышали ни слова из сказанного мною.
-- Это верно, мисс Гевард! -- ответил он с неожиданным волнением. -- Я слушаю только звуки вашего голоса, которые кажутся мне мелодичнее музыки и туманят мою голову.
-- Ричард! -- укоризненно сказала Бланш.
-- Да, да, -- ответил он с горькой улыбкой, -- говорите, что я совершенно забылся, что ваша доброта сделала меня дерзким. Идите к отцу, Бланш, и скажите ему, что он принял участие в недостойном человеке, и этот человек, осыпанный его благодеяниями* отблагодарил его только тем, что осмелился полюбить его дочь.
-- Ричард!.. Ричард!.. -- воскликнула она с безотчетной тоской.
-- Вы не упрекаете меня за дерзость, мисс Гевард?
-- Нет, Ричард. Что же дерзкого в том, что вы мне сказали? Разве вы мне не равны в своих мыслях и чувствах так же, как равны и по рождению?
-- Как?! -- воскликнул Ричард, его бледное лицо озарилось лучом надежды. -- Понимаете ли вы то, что сейчас сказали?.. Вероятно ли это?.. Неужели вы сможете выслушать мою исповедь?
-- Нет, -- сказала она спокойно и решительно. -- Ох, Ричард, Ричард! И зачем такая мысль забрела в вашу голову? Почему бы вам не довольствоваться одною наукой, которая дает вам столько светлых минут?.. Да знаете ли вы, как тяжело любить... и любить безнадежно?.. Вы еще не испытали, каково это -- вечно думать о том, кто вас никогда и не вспомнит?. О Ричард, вы дитя, и я говорю с вами, как говорила бы с младшим братом: советую вам выкинуть эту мысль из головы.