Лицо Джона Андреуса прояснилось, когда он почувствовал приятный запах супа. Молодая женщина, спавшая весь вечер, проснулась при стуке ложек о миски.
-- Британия, -- сказал тот, которого цыгане называли Абрагамом, -- подойди сюда, дочь моя; ты хорошо спала и теперь можешь покушать.
-- Мне не хочется есть, -- ответила она с заметным усилием. -- Вы так добры ко мне... но я не хочу есть, я только хочу снова идти туда...
Сверкающими глазами она указала на пылавший небосклон; ее тонкие губы были судорожно сжаты и бесцветны, как и прежде, во время сна.
-- Я хочу сойти вниз, -- повторила она.
Цыгане переглянулись: как ни туманны были слова молодой женщины, они хорошо поняли их значение. Она с усилием съела кусочек хлеба, между тем как мужчины отдавали предпочтение похлебке, а Джон уплетал все, что попадало под руку.
-- Ну, товарищ, -- спросил его самый старый цыган, закуривая трубку, -- какие у вас планы на завтрашнее утро?
-- Продолжать свой путь, -- ответил Джон Андреус.
-- Пешком?
-- Ну да, пешком.