-- Да, и я испытала нечто ужасное, -- ответила Оливия, сдвинув черные брови. -- Это вам известно так же, как мне самой, только удивительно, что побудило вас заговорить об этом.
Миссис Гранвиль Варней с кротким видом взглянула на потолок.
-- Дорогая леди Лисль, умоляю вас не забывать, что я положительно ничего не знаю, -- возразила она. -- Каковы бы ни были тайны моего мужа, они остаются тайнами и для меня, так как я слишком глупа, чтоб он доверял их мне.
Она пожала плечами, и, скорчив веселую гримаску, вышла из библиотеки, напевая баркароллу.
Через полчаса Оливия приказала оседлать свою лошадь и отправилась на ней в поле.
Отъехав немного, она встретила на дороге тяжелый экипаж, медленно катившийся по направлению к Лисльвуду, но она так задумалась, что не обратила на него никакого внимания.
Когда она вернулась, пробило пять часов. Жена сторожа встретила ее взглядом, полным участия: ей страх как хотелось сообщить своей госпоже о случившейся катастрофе. Сторож вышел к воротам с трубкой во рту, а возле самой решетки стояло несколько крестьян, которые явились для того, чтобы узнать подробности происшедшего и разнести их по Лисльвуду.
Оливия заметила, что все эти люди сгорают желанием сказать ей что-то важное.
-- Что случилось? -- спросила она, обращаясь к жене сторожа. -- Зачем сюда пришли все эти крестьяне?
Этого было достаточно, чтобы развязать язык, давно просившийся на волю.