-- И что же, он разбился? -- спросил майор Варней.
-- Нет, но его лошадь погибла.
Майор расхохотался.
-- Бедняжка! -- произнес он. -- Он поплатился лошадью! И никто не последовал его примеру?
-- Думаю, никто!
Сэр Руперт Лисль напряженно прислушивался к их разговору.
-- Я хочу туда подняться, -- сказал он, указывая на вершину.
-- Что за идея, баронет! -- возразил майор. -- У вас не хватит смелости, -- добавил он смеясь, -- вы не такой жалкий трус, как Джеймс Арнольд, но все-таки едва ли вы настолько отважны, чтобы проскакать галопом по Бишер-Риду, клянусь честью, это невозможно!
Упорство было наследственной чертой рода Лисль и нередко заставляло членов этой семьи совершать такие невероятные подвиги, на которые не отважился бы храбрейший из храбрых; и, в самом деле, подобная настойчивость в выполнении задуманного часто приводит к более блестящим результатам, чем дерзкая отвага. Сэр Руперт был настоящим Лислем -- апатичным, вялым, но упрямым.
Майор смеялся, и его лицо, обращенное к солнцу, имело самое вызывающее выражение.