Лукин с каким-то истерическим визгом, ткнув кисть в горшочек, приступил к страшной работе. Зажмурившись, чтобы не видеть своего Геростратова деяния, он беспорядочно, исполинскими кляксами замазывал "Богоматерь с Младенцем". Крупные, черные брызги траурными слезами падали на каменные плиты, на исступленно зажмурившегося Лукина.
-- Живей, гуще! -- подбадривал его генерал-губернатор.
И когда на стене, вместо дивного видения, остался зловещий, темный четырехугольник, -- все разошлись...
* * *
Лукин, растерзанный, полусумасшедший, пьянствовал целую ночь. А на утро его нашли повесившимся в каретном сарае того дома, где он занимал комнатенку...
1911 г.