Если б осуществилось одно из темных предположений Бочарова или даже оба разом, он великодушно простил бы Калантарову.
-- Всегда был грязненький человечек, Бог с ним. Кто не грешен?
Но, узнав, что Калантаров нежданно-негаданно получил вдруг пятидесяти тысячный церковный заказ, Антип Саввич разразился благородным негодованием.
-- Кто допустил? Ведь, это того... Это я вам прямо скажу: святотатство. Как можно такому человеку поручить писать святые иконы. Он осквернит их своим нечестивым прикосновением. Кутила, картежник, развратник! Горе бедной религиозной живописи, чистейшей из всех!.. Да, знаете ли вы, что я вам скажу? Попомните мое слово: Вместо Богоматери этот господин намалюет какую-нибудь там шансонетку или танцорку из "Аквариума". А вместо апостолов -- своих партнеров по купеческому клубу да кредиторов. Поругание! Надо кричать об этом. Не я буду, если не напишу письма в редакцию. Я его так ошельмую...
Слухи о шельмовании достигли Калантарова. Бочаров мог состряпать такое письмо, которое принесло бы делу большой ущерб. Необходимо принять самые решительные меры. Калантаров поехал к Бочарову... Он крепко схватил его за подрясник. Румяный Антип Саввич побледнел. К его круглому испуганному лицу Иллиодор Николаевич приблизил свое лицо, смуглое, разбойничье, гневное...
-- Послушай, Антипка, если ты сделаешь мне гадость, я обломаю на тебе трость. Публично обломаю. Клянусь Богом! Тогда, при всем твоем бесстыдстве, хоть из Петербурга уезжай! Твой благодетель граф отвернется от тебя. Тогда он уже не выдаст за тебя своей племянницы.
-- Какой племянницы?
-- Сам знаешь какой. И не спасет тебя твой мистицизм. Заруби это хорошенько себе.
Энергичный визит, от которого Бочаров долго не мог прийти в себя, возымел свое действие. Письмо в редакцию, уже перебеленное, осталось ненапечатанным. А между тем Антип Саввич считал его одним из лучших своих литературных произведений. Единственным утешением было знакомить с его содержанием всех, кто желал и не желал этого. Особенно смаковал Антип Саввич колоритное, по его мнению, местечко, где описывал, как получают некоторые художники церковные заказы.
"...Собралась у Кюба кутильная компания. Там и военный инженер, строивший в Западном крае крепостной собор. Пьяный офицер лыка не вяжет.