Через минуту перед Тугариным вырос красивый всадник-грузин с Георгиевским крестом, коим удостоили за участие в бою со своим ротмистром, что в денщицкие его обязанности совсем не входило. Но, во-первых, он любил своего барина, а во-вторых, в жилах его, текла горячая грузинская кровь.
- Майсурадзе!
- Что прикажете, ваше высокоблагородие? - лихо вытянулся денщик.
- Кто был первый офицер генерального штаба?
- Моисей, ваше высокоблагородие.
- Почему?
- Потому что сорок лет бесцельно и бесполезно водил евреев по пустыне, - без запинки отрапортовал Майсурадзе.
- Спасибо, молодец. Можешь идти.
- Рад стараться, ваше высокоблагородие.
Дрожа от злости и сделавшись из бледного зеленым, Шепетовский отодвинул тарелку с начатым раковым супом. И, глядя на Лару, как если бы она была виновницей всего, заговорил: