Антонелли продолжал, не то заикаясь, не то умышленно растягивая слова:
— Да… пришли… нам такая нужна… такая барышня-деликатная… воспитанная… да… и насчет внешности тоже… да!
Вера Клавдиевна вспыхнула.
— Сударь, я пришла вовсе не затем, чтобы выслушивать характеристику моей внешности! Могу я переговорить с кем-нибудь, кроме вас? Если нет — я ухожу.
— Конечно, да… переговорить со мной… да… я хозяин…
Забугина сделала движение к дверям. Но у самого порога выкатилось навстречу ей что-то шарообразное в бархатном платье.
— Я очин извиняис, же ву деманд пардон… мосье Антонелли, трудитесь вийти! Сортэ!
— Мадам Карнац, я, кажется, пайщик дела и могу… да…
— Уходит вон! Сортэ!.
Мадам Карнац, подняв коротенькую полную руку с вытянутым указательным пальцем, была неумолима.