Еле-еле пробивающиеся усики. Усищи самовлюбленных самцов. Английские проборы. Взбитые коки. Зверски-решительные глаза. Блондины. Брюнеты. Шатены.
Внимание госпожи Юнгшиллер привлек молодой негр-борец с громадными, как у лошади, белками.
— Этот? — вопросительно взглянула клиентка на мадам Карнац.
— О, это можно! Даст ист меглих!.. черний… Он немножко пахнет штинкт. Но это ничего… Это — мужественность, абер он очинь сильни… Колоссаль штарк!..
— А он не кусается? Говорят, все негры кусаются, когда влюблены?
— Я ему скажу, чтоби он не кусалься.
И вот в гостиной, той самой, где поджидали графиню Штукензее тщеславные банкиры, встретилась госпожа Юнгшилллер с негром. Он пялил на нее свои лошадиные белки и молчал.
Супруга короля портных не говорила по-английски. Но это было выразительней всяких разговоров, — он снял пиджак и, оставшись в полосатой фуфайке, напряг бицепсы темно-бронзовых рук своих. Мадам Юнгшиллер, замлевшая, коснулась этих бицепсов.
— Колоссаль штарк!..
Черный геркулес украсил низко выстриженную голову Юнгшиллера великолепными ветвистыми рогами…