-- Мнѣ!-- сказало привидѣніе.
Человѣкъ продолжалъ безнадежнымъ тономъ:
-- Я вижу вліяніе его въ журналахъ и газетахъ; я вижу слабыхъ подражателей, которые обезсиливаютъ міръ безмысленною формулою. Мнѣ начинаетъ это надоѣдать. Это не годится, Чарльсъ! не годится!-- И человѣкъ опустилъ голову, закрывъ лицо руками и застоналъ. Фигура строго наклонилась и посмотрѣла на него; портретъ на стѣнѣ насупилъ брови, когда онъ взглянулъ.
-- Несчастный,-- сказало привидѣніе,-- и какъ это могло случиться съ тобой?
-- Когда-то я плакалъ и смѣялся, но тогда я былъ моложе. Теперь, я желалъ бы забыть объ этомъ, если бы я могъ.
-- Да исполнится твое желаніе. И возьми это съ собою, человѣкъ, я отказываюсь отъ тебя. Отъ этого дня ты будешь жить съ тѣми, кого я замѣняю. Не забывая меня, ты долженъ будешь пройти жизненной путь, какъ будто мы не встрѣчались. Но сперва ты увидишь то, что будетъ твоимъ. Въ часъ ночи приготовься принять привидѣніе, которое я вызову. Прощай!
Звукъ его голоса, казалось, замеръ въ утихавшемъ вѣтрѣ; человѣкъ остался одинъ. Огонь весело пылалъ и свѣтъ пламени, отражаясь на стѣнахъ комнаты, рисовалъ на ней безобразныя тѣни.
-- Ха, ха,-- засмѣялся человѣкъ, весело потирая руки:-- теперь примемся за пуншъ изъ виски и за сигару.
II. Второе привидѣніе.
Часъ! Ударъ отдаленнаго колокола еще не успѣлъ замереть, какъ дверь у входа захлопнулась съ перекатистымъ гуломъ. Въ корридорѣ раздались шаги; дверь библіотеки сама собою отворилась настежь и Стукальщикъ -- да Стукальщикъ -- медленно вошелъ въ комнату. Человѣкъ протеръ рукою глаза,-- нѣтъ! невозможно было ошибиться,-- это было лицо Стукальщика, посаженное на туманное, едва примѣтное туловище. Мѣдный прутъ былъ перемѣщенъ изо рта въ правую руку, державшую его какъ дубину.