Мигуэль.-- Для твоей и нашей пользы, другъ Викторъ. Мы, съ своей стороны, приносимъ въ общее дѣло наше открытіе, а ты -- твое знаніе, умѣнье и испанскую гербовую бумагу.
Мануэль (громкимъ, пьянымъ голосомъ).-- Мы, мексиканцы, гонимы судьбою. Намъ ничего не удается. Мы не можемъ прогнать американцевъ.
Мигуэль.-- Мы, напротивъ, возьмемъ въ компанію американца. Онъ подкупитъ своихъ чиновниковъ и судей, а потомъ поставимъ необходимыхъ рабочихъ, машины и все нужное.
Викторъ.-- Но гдѣ мы его найдемъ?
Мигуэль.-- Я уже нашелъ. Это -- ирландецъ и набожный католикъ, трактирщикъ въ Tres-Pinos.
Викторъ и Мануэлъ (вмѣстѣ).-- Роскомонъ!
Мигуэль.-- Да, мы ему дадимъ долю въ нашемъ предпріятіи, за доставку машинъ, орудій, провизіи и водки. Американцы боятся ирландцевъ. Въ ихъ рукахъ большинство, они выбираютъ президента. Ирландецъ назначенъ алькальдомъ въ Сан-Франциско и мы одной вѣры съ ирландцами.
Они въ одинъ голосъ сказали bueno, и на минуту, казалось, ими овладѣлъ религіозный энтузіазмъ, означавшій смерть и погибель всѣми путами, даже путемъ подлоговъ, людямъ противоположнаго мнѣнія. Это набожное чувство побороло всѣ практическія соображенія и сомнѣнія.
-- У меня маленькая племянница, которая дѣлаетъ перомъ чудеса, сказалъ Викторъ:-- стоитъ только сказать ей: "Карменъ, спиши мнѣ вотъ это", и она тотчасъ сниметъ такую вѣрную копію, что ея не отличишь отъ оригинала. Madr é de Dios! На дняхъ она сдѣлала подпись губернатора Піо Пико до того схожую, что, право, можно ошибиться. Ты ее знаешь, Мигуэль. Она спрашивала о тебѣ вчера.
Мигуэль старался скрыть свое смущеніе; но, по всей вѣроятности, вліяніе черныхъ глазокъ Карменъ отчасти побудило его обратиться къ помощи Виктора. Однако, онъ нашелъ нужнымъ сказать.