-- И какое доказательство есть у васъ, что пріискъ точно вашъ? внушительно спросилъ Мольреди.
-- Еслибы у меня было мое письмо... еслибы я могъ найти Мастерса, отвѣчалъ неопредѣленно Слиннъ.
-- А вы знаете, гдѣ письмо? И гдѣ найти Мастерса?
-- Нѣтъ... не знаю... помню только, что гдѣ-то видѣлъ письмо...
Онъ провелъ, рукою по лбу и вдругъ хлопнулъ парализованной рукой по столу.
-- Я вспомню, гдѣ я его видѣлъ... непремѣнно вспомню.
-- Потише, старина, потише.
-- Вы спрашивали меня про мои грёзы. Ну вотъ это одна изъ нихъ. Я помню человѣка, показывающаго мнѣ это письмо. Я взялъ его у него изъ рукъ и узналъ, что оно мое по образчикамъ золота, завернутымъ въ немъ. Но гдѣ это было... и когда... я что сталось съ письмомъ -- этого я не могу сказать. Но я припомню, навѣрное припомню!
Онъ взглянулъ на Мольреди и увидѣлъ, что тотъ смотритъ на него очень внимательно и серьезно, и съ горечью сказалъ:
-- Вы считаете меня сумасшедшимъ? я это знаю. Этого только недоставало.