-- Нѣтъ, канатъ крѣпокъ, а балластъ еще не положенъ.
Раздался выстрѣлъ, точно изъ пистолета; зрители вскрикнули, тысячи рукъ протянулись, чтобы схватить лопнувшій канатъ, а шаръ полетѣлъ къ верху.
Одна рука изъ этой тысячи поймала канатъ, то была рука Литтля! Но въ ту же минуту зрители, пораженные ужасомъ, увидали, какъ онъ заболталъ въ воздухѣ ногами и, все держась за канатъ, полетѣлъ въ пространство.
-----
Лэди Каролина упала въ обморокъ {Право сдѣлать изъ этой и послѣдующей главъ драму сохранено авторомъ за собой.}. Ея собака положила ей на щеку свой влажный и холодный носъ, и это привело ее въ чувство. Она боялась взглянуть на край лодки; она не смѣла поднять къ верху глаза, гдѣ гремѣло чудовище, наводившее на нее смертельный страхъ. Она бросилась на дно лодки и обнимала единственное существо, оставшееся для нея въ живыхъ -- ея пуделя. Она заплакала. Вдругъ послышался ясно голосъ; онъ, казалось, выходилъ изъ окружающаго воздуха:
-- Смѣю я просить васъ взглянуть на барометръ?
Она высунула голову изъ лодочки. Литтль висѣлъ на концѣ длиннаго каната. Она снова спрятала голову.
Черезъ минуту онъ примѣтилъ ея безпокойное лицо, покрытое краскою,-- лучезарное видѣніе.
-- О, прошу васъ и не думайте подниматься! Останьтесь тамъ, умоляю васъ!
Литтлъ остался. Конечно, она ничего не съумѣла сдѣлать съ барометромъ, и такъ и сказала. Литтль улыбнулся.