I.
Нельзя было долѣе сомнѣваться, что лонстарскій пріискъ нечто иное какъ пуфъ. И не то, чтобы онъ былъ истощенъ и расхищенъ... нѣтъ, онъ просто-на-просто былъ пуфомъ. Въ продолженіе двухъ лѣтъ его восторженные владѣльцы прошли черезъ всѣ стадіи пріисковой горячки. Они печатали широковещательныя объявленія и производили развѣдки, промывали песокъ и сомнѣвались. Они занимали деньги направо и налѣво съ беззастѣнчивой откровенностью; кредитовалась съ самоотверженнымъ отрицаніемъ всякой отвѣтственности, и переносили разочарованіе своихъ кредиторовъ съ безмятежной покорностью, которая возможна только тогда, когда человѣкъ несомнѣнно разсчитываетъ на будущія блага. Но какъ бы то ни было, а, помимо всего прочаго, неудовольствія, возникшія со стороны торговцевъ и выразившіяся отказомъ во всякомъ дальнѣйшемъ кредитѣ поколебали, наконецъ, кроткій стоицизмъ самихъ владѣльцевъ. Юношескій энтузіазмъ, съ какимъ было начато это дѣло, съ какимъ производился этотъ безполезнѣйшій опытъ, истощился, оставивъ по себѣ одни только прозаическіе, скучные слѣды въ видѣ недоконченныхъ колодцевъ, безполезныхъ шахтъ, покинутыхъ орудій труда, безцѣльно взбудораженной почвы на лонсгарскомъ пріискѣ и пустыхъ мѣшковъ изъ-подъ муки и пустыхъ банокъ изъ-подъ свинины въ лонстарской избѣ.
Они переносили свою бѣдность -- если только можно такъ назвать отреченіе отъ всякихъ излишествъ въ пищѣ, одеждѣ и комфортѣ жизни, въ связи съ вышеупомянутыми прорухами -- съ непритворной ясностью духа. Мало того, такъ какъ они отдѣлились отъ своихъ собратій рудокоповъ Редъ-Гоха и вступили во владѣніе небольшой долины въ пять миль окружностью, то неуспѣхъ ихъ предпріятій получилъ въ ихъ глазахъ смутное значеніе упадка и погибели крупнаго общаго дѣла, и въ этомъ смыслѣ освобождалъ ихъ отъ личной отвѣтственности. Для нихъ легче было допустить, что лонстарскій пріискъ оказался пуфомъ, нежели сознаться въ собственномъ банкротствѣ. Кромѣ того, они все еще сохраняли за собой священное право критиковать правительство и быть очень высокаго мнѣнія о своей собственной коллективной мудрости. Каждый изъ нихъ съ чувствомъ благодарности къ провидѣнію сваливалъ на своихъ компаньоновъ отвѣтственность за судьбу предпріятія.
Декабря 24, 1863, теплый дождь поливалъ вдоль и поперекъ лонстарскій пріискъ. Дождь шелъ уже нѣсколько дней и уже успѣлъ сообщить весенній оттѣнокъ суровому пейзажу, исправить нѣжными штрихами опустошенія, произведенныя владѣльцами, и сострадательно замазать ихъ промахи. Ямы въ оврагахъ и ложбинахъ утратили свои рѣзкія очертанія и зеленый покровъ одѣлъ вирытые и перекопанные бока холмовъ. Еще нѣсколько недѣль, и покрывало забвенія набросится на жалкую неудачу лонстарскаго пріиска. Что касается самихъ заинтересованныхъ въ этомъ дѣлѣ лицъ, то, прислушиваясь къ каплямъ дождя, ударявшимъ въ крышу ихъ избушки, они философски поглядывали въ открытую дверь и, кажется, усматривали въ ней нравственное освобожденіе отъ своихъ обязательствъ. Четверо изъ компаньоновъ было на лицо: "Правая" и "Лѣвая" Сторона, "Союзная Мельница" и "Судья".
Врядъ ли нужно объяснять, что ни одно изъ этихъ прозвищъ не было настоящимъ именемъ его владѣльца. Правая и Лѣвая Сторона были братья и назывались такъ въ силу положенія, занимаемаго ими въ лагерѣ. То обстоятельство, что "Союзная Мельница" наложилъ какъ-то на свои разорванные штаны заплатку отъ стараго мучного мѣшка, а на ней какъ разъ стояло это фабричное клеймо, было слишкомъ соблазнительнымъ поводомъ для новой клички, и товарищи не могли не воспользоваться имъ. "Судья", необыкновенно пристрастный уроженецъ штата Миссури, не имѣвшій ни малѣйшаго понятія о законѣ, назывался такъ изъ ироніи.
Союзная Мельница, нѣкоторое время мирно сидѣвшій нп порогѣ избушки, выставивъ одну ногу подъ дождь отъ одной только лѣни подвинуться, нашелъ наконецъ нужнымъ спасти отъ дождя свою ногу и всталъ съ мѣста. Этимъ движеніемъ онъ болѣе или менѣе обезпокоилъ всѣхъ другихъ компаньоновъ, что было встрѣчено съ циническимъ неодобреніемъ. Замѣчательно, что несмотря на цвѣтущій юношескій видъ и очевидное физическое здоровье, всѣ они какъ одинъ человѣкъ прикидывались дряхлыми и больными стариками и, привставъ на минуту, снова улеглись и усѣлись въ прежнихъ усталыхъ позахъ. Лѣвая Сторона лѣниво поправилъ бандажъ, который онъ уже нѣсколько недѣль носилъ вокругъ щиколки безъ всякой видимой необходимости, а Судья съ нѣжной заботливостью осмотрѣть едва замѣтный рубецъ отъ небольшой царапины на рукѣ. Пассивная ипохондрія, результатъ ихъ изолированнаго положенія, сообщала послѣднему особый патетическій оттѣнокъ.
Ближайшая причина всего этого волненія нашелъ нужнымъ извиниться.
-- Вы могли бы прекрасно продержать снаружи свою глупую ногу, вмѣсто того, чтобы врываться такимъ нахальнымъ образомъ въ частную жизнь,-- отпарировалъ Правая Сторона. Отъ такихъ утомительныхъ трудовъ боченокъ изъ-подъ свиньи не пополнится мясомъ. Торговецъ бакалеей въ Дольгонѣ... что бишь онъ сказалъ?-- лѣниво обратился онъ къ Судьѣ.
-- Сказалъ, что считаетъ лонстарскій пріискъ пуфомъ и не желаетъ больше тратить на него свои денежки... благодарствуйте!-- повторилъ Судья слова бакалейщика, механически и съ полнымъ отсутствіемъ всякаго личнаго къ нимъ интереса.
-- Мнѣ этотъ человѣкъ сталъ подозрителенъ послѣ того, какъ Гримшо повелъ съ нимъ дѣло,-- проговорилъ Лѣвая Сторона.-- Они такъ низки, что могутъ соединиться противъ насъ.