Разсказъ стараго холостяка.
Почти каждый человѣкъ, думается мнѣ, склоненъ порою сомнѣваться въ томъ: хорошо ли онъ распорядился своей жизнью? А если онъ къ тому же холостякъ, какъ, напримѣръ, вашъ покорнѣйшій слуга, то я даже не вижу возможности для него уйти отъ подобныхъ непріятныхъ сомнѣній. Какой-нибудь предметъ, звукъ, запахъ переносятъ васъ внезапно назадъ къ полузабытымъ днямъ, когда вы были молоды, и вы припоминаете то, что было, соображаете, что могло бы быть, не случись вотъ это или вотъ то-то и, наконецъ, бормочете сквозь зубы:-- Ахъ! Боже мой, Боже мой! какой же я былъ дуракъ!
Мнѣ право кажется, что только оживленные звуки бальнаго оркестра помѣшали этимъ самымъ словамъ сорваться съ моихъ устъ, когда я стоялъ въ дверяхъ лондонской бальной залы и смотрѣлъ на танцующую Алису Уайнъ, помолвка которой съ ея кавалеромъ, молодымъ Чарльсомъ Степльтономъ, была объявлена за нѣсколько дней передъ тѣмъ. Какъ нарочно я самъ часто танцовалъ въ этомъ самомъ домѣ,-- вамъ нѣтъ нужды знать, сколько лѣтъ тому назадъ, -- когда его теперешніе владѣльцы были еще малыми дѣтьми, а лысыя и сѣдыя въ настоящее время головы были такъ же кудрявы, какъ и голова Чарльза Степльтона и когда цѣлое полчище покойниковъ было еще живо и весело.
И вотъ, стоя въ дверяхъ, позабытый всѣми, какъ и подобаетъ отжившему свой вѣкъ человѣку, я на минуту или на двѣ потерялъ изъ виду современныхъ молодыхъ людей и женщинъ, кружившихся передо мной и большая зала наполнилась въ моихъ глазахъ привидѣніями и между ними одно въ особенности было для меня интересно. Я утверждаю, что человѣкъ не можетъ уйти отъ такихъ воспоминаній и сожалѣній. Они налетаютъ тогда, когда ихъ всего менѣе ожидаешь, и нагоняютъ, чортъ ихъ знаетъ, какую грусть и тоску.
Говоря вообще, я не могу пожаловаться на свою судьбу, но для старика и притомъ богатаго какъ-то обидно видѣть разныхъ Томовъ и Диковъ, да Гарри, въ кругу сыновей и дочерей, и всякихъ домочадцевъ, занятыхъ интересами, не касающимися ихъ лично; и порою при такихъ обстоятельствахъ, холостая жизнь невольно представляется какимъ-то нарушеніемъ божескихъ и человѣческихъ законовъ.
Почему я не женился -- это вопросъ, до котораго никому нѣтъ дѣла, кромѣ меня самого; но сознаюсь, что порою мнѣ приходилось сомнѣваться: правильно ли я поступилъ, не женясь, и что не лучше ли было бы жениться во что бы то ни стало, хотя бы на первой попавшейся женщинѣ.
Докторъ Джонсонъ полагалъ, что еслибы всѣ браки устраивались лордомъ-канцлеромъ, то результатъ былъ бы такъ же удовлетворителенъ, какъ и при существующей англійской методѣ, и я вовсе не увѣренъ въ томъ, что этотъ прозаическій философъ говорилъ вздоръ. Нельзя отрицать, что браки по любви часто бываютъ несчастливы, тогда какъ браки по разсудку очень часто приводятъ въ благополучію. Въ здѣшнемъ мірѣ всего разомъ не дается, и встрѣтить молодую парочку, несомнѣнно влюбленную другъ въ друга и между тѣмъ сосватанную старшими по причинамъ чисто практическимъ -- зрѣлище столь же рѣдкое, какъ и пріятное.
Такъ стоялъ я въ дверяхъ и думалъ думу, въ которой Степлтонъ и миссъ Уайнъ играли роль второстепенную, какъ вдругъ чей-то оживленный голосъ прокричалъ у самаго моего локтя:
-- Подѣлитесь своими мыслями, генералъ Риверсъ! Знаете ли, что у васъ совсѣмъ романическій видъ.
-- Я глядѣлъ на вашу дочь и на лорда Чарльса, миссисъ Уайнъ,-- отвѣчалъ я, такъ какъ со мной заговорила мать невѣсты.