Выраженіе безконечнаго и невыразимаго презрѣнія сказалось во взглядѣ Руперта.
-- Въ самомъ дѣлѣ, проговорилъ онъ медленно и рѣшительно. Хотите, я скажу вамъ, почему вы сюда приходите и что заставляетъ васъ это дѣлать?
-- Что?
-- Какая-нибудь... дѣвчонка!
Дядя Бенъ разразился громкимъ хохотомъ, отъ котораго задрожала крыша, и до тѣхъ поръ переминался съ ноги на ногу, пока полъ не заходилъ ходуномъ.
Но въ этотъ моментъ учитель появился на крыльцѣ и вошелъ тихо, хотя не совсѣмъ кстати.
IV.
Возвращеніе миссъ Кресси Макъ-Кинстри въ Инджіанъ-Спрингъ и возобновленіе ея прерванныхъ занятій было такимъ событіемъ, вліяніе котораго не ограничилось одной школой. Даже порванное сватовство отступило на задній планъ въ общемъ вниманіи передъ фактомъ ея появленія въ роли ученицы. Нѣкоторыя недоброжелательныя особы ея пола, естественно защищенныя отъ дальнобойнаго ружья м-ра Макъ-Кинстри, утверждали, что ее не приняли въ пансіонъ въ Сакраменто, но большинство отнеслось къ ея возвращенію съ мѣстной гордостью и усмотрѣло въ этомъ практическій комплиментъ дѣлу преподаванія, какъ оно было поставлено въ Инджіанъ-Спрингѣ.
Мѣстная газета "Star" съ широковѣщательнымъ краснорѣчіемъ, трогательно шедшимъ въ разрѣзъ съ ея малымъ объемомъ и плохимъ качествомъ шрифта и бумаги, толковала о возможности "развитія будущей академіи въ Инджіанъ-Спрингѣ, подъ сѣнью которой въ настоящую минуту набираются ума-разума будущіе мудрецы и государственные люди". Учитель, прочитавъ это, почувствовалъ себя неловко. Впродолженіе нѣсколькихъ дней, тропинка между мызой Макъ-Кинстри и школьнымъ домомъ служила любимымъ мѣстомъ гулянья для толпы молодыхъ людей, для которыхъ освобожденная Кресси, надъ которой не тяготѣлъ больше опасный надзоръ Девисъ-Макъ-Кинстри, была предметомъ восхищенія. Но сама юная дѣвица, которая, несмотря на досаду учителя, почитала, очевидно, своей священнѣйшей обязанностью наряжаться поочередно во всѣ свои новыя платья, не рѣшалась, однако, приводить за собой обожателей въ школьные предѣлы.
Учитель съ удивленіемъ замѣтилъ, что Инджіанъ-Спрингъ нисколько не тревожился на счетъ его собственнаго привилегированнаго положенія относительно сельской очаровательницы; молодые люди, ясно, нисколько не ревновали къ нему; никакая матрона не находила неприличнымъ, чтобы молодую дѣвушку возраста Кресси и съ ея исторіей довѣряли наставленіямъ молодаго человѣка, немногимъ ея старше.