— Алло, алло, говорит самолет Мазурука. У нас бензина осталось 1800 литров. Рассчитываем долететь до Рудольфа.
— Алло, алло, говорит самолет Алексеева. Вызываю флагмана. Вы просили сообщать, как будем пробивать облачность. Сейчас на моих часах 7 часов 05 минут. Высота 1400 метров Подходим к кромке облаков. Высота 1300. Вошли в облака… Высота 1250. Ничего не видно… Высота 1200. Туман… Высота 1100. Попрежнему темно… Высота 950. Темно… Высота 800. Облака… Высота 700. Внизу показались просветы… Просветы…
Голос Жукова пропал. Очевидно, самолет начал кружить в поисках аэродрома и удалился от нас. Мы продолжали путь на юг. В появившиеся окна все с тревогой увидели мелкобитый лед. Где тут сядет Алексеев? Найдет ли он подходящий аэродром?
8 часов 15 минут. Впереди показался остров Рудольфа. Он покрыт шапкой облаков. Самолеты кружили над островом, но сесть было нельзя, облака спускались до самой земли. Наконец, Водопьянов заметил, что ветром распахнуло один из склонов купола. Флагман решительно направился к склону. Осторожно все корабли сели на гору и тяжело вырулили наверх.
Путь закончен. Навстречу бежали зимовщики. Мы дома.
Биографии четырех
(Рассказанные ими самими накануне отлета на Северный полюс)
Иван Дмитриевич Папанин
Родился я в Севастополе в 1894 году. Отец мой был матросом, затем работал молотобойцем. Сейчас ему 71 год, но его здоровье, пожалуй, крепче, чем у меня. Проучившись четыре года в начальной школе, я вынужден был поступить на завод точных приборов и начать самостоятельную жизнь. В ту пору мне было 14 лет. В 1914 году был призван на военную службу и вскоре попал во флот. Октябрьская революция застала меня в рядах армии. Вместе с товарищами я участвовал в походах против Корнилова и Каледина, дерясь под знаменами партизан. В 1919 году строил бронепоезда, затем был переброшен на юг и назначен комиссаром оперативного управления при командующем морскими силами юго-западного фронта.
Наиболее интересным эпизодом своей боевой деятельности я считаю работу по организации повстанческих отрядов в Крыму, в тылу у Врангеля. С этой целью был создан небольшой отряд, который ночью на катере перебрался из Анапы в Крым. Высадились мы под деревней Капсихор. Выгрузили все имущество, пулемет, бомбы, патроны, объемистый груз денег царской чеканки. Связались с партизанами. По всем лесам Крыма, где прятались татары, скрывавшиеся от мобилизации и белого террора, распространилась весть о нашем приезде. Мы приступили к организации из мелких раздробленных отрядов единой крымской партизанской революционной армии. Оружия, правда, у нас было маловато, но вскоре мы нашли выход: сами белогвардейцы стали приносить нам оружие, получая за него немедленно оплату деньгами царской чеканки. Работа кипела.