Она была покрыта одним слоем цилиндрических клеток, между которыми некоторые были полны слизи, как бокал вином. Они действительно были раздуты слизью настолько, что приняли форму бокала. Одна из таких клеток вдруг лопнула и вылила целый поток слизи в кишку, обдав при этом наших приятелей.
У основания ворсинки виднелись две глубоких железки, вырабатывающие кишечный сок. Наде очень хотелось ознакомиться с их работой, но лейкоцит торопил ее. Он, видимо, очень проголодался и спешил к пище.
— Ничего интересного в этих железках нет, — ворчал он, — железки, как железки; поторапливайся-ка за мной.
Наконец, раздвинув ряд клеток ворсинки, они проникли внутрь ее.
Тут была целая сеть волосных сосудов, артерийка, из которой они произошли, и вены, в которые они складывались. А помимо них, громадная масса лимфатических щелей и сосудов.
Ворсинка, казалось, жила: то она наполнялась кровью и разбухала, то кровь и лимфа из нее уходили, и она вся слеживалась.
— Вот где истинное использование пищи, — сказал лейкоцит. — Здесь в ворсинке всасывается переваренная и разложенная на простые составные части пища. Углеводы всасываются кровеносной системой; белки — частью кровеносной, частью лимфатической, ну, а жиры — только лимфатической. Заглянем-ка сюда в лимфатический сосудец, их тут много; я тебя угощу. Видишь уйму жировых шариков? Они превкусны, уверяю тебя.
И, не дожидаясь ответа, начал набивать в себя шарик за шариком.
Надя последовала его примеру: действительно, жировые шарики были превкусны. Внешне вся их масса напоминала молоко, но они были также вкусны, как самые густые сливки.
Оглянувшись, она заметила, что вокруг них масса лейкоцитов, и страшно испугалась. Она вспомнила, как опасна встреча с ними, но скоро успокоилась, так как увидела, что им не до нее: все они были заняты едой и поспешно нагружались жировыми шариками. А Надин руководитель на ее глазах растолстел, распух втрое.