-- Теперь finita la commedia! Всё кончено! Я рад, всё это определилось... В прошлый раз Загада поймал меня на слове. Пусть-ка теперь попробует смутить меня... Смерти я не боюсь! Вот её символ... Вот, смотри!..
Он развернул перед кузиной скомканный платок с пятнами тёмно-алой крови и показывал этот платок как знамя готовности умереть.
-- В сущности, я не боялся смерти и тогда, когда готов был покончить самоубийством... Давно обесценили мою жизнь, а такою её любить нельзя, да едва ли и можно её бояться...
-- Коля, ужели же ты думал о самоубийстве? -- спросила Соня.
Вместо ответа Травин показал девушке тот же клочок бумаги, который видел и Загада.
Соня прочла записку Травина и ничего не сказала. И только после какой-то тревожной думы, тихим и робким голосом добавила:
-- Я никак не могу понять тебя!..
-- Моя психология сложна и непонятна, -- с важностью заявлял он. -- Да это и хорошо, что ты меня не понимаешь... Меня поймут люди с опустошённой душою...
И, помолчав, добавил:
-- А мог бы и я заполнять эту опустошённую душу. Ведь у меня есть деньги и большие деньги! Страх перед жизнью я мог бы развеять, как делают другие... Я мот бы и позолотить жизнь, если другие её обесценили... Я мог бы забыться в кутежах! Я мог бы на быстром огне удовольствий опалить остатки жизни... А я не хочу этого делать, потому что пошло это!.. Пошло!.. Это -- самообман!..