Соня думала о деньгах кузена, и её смущало то обстоятельство, что он перевёл их на её имя. Ведь и у неё теперь в руках то же средство, которое так же может сделать её жизнь ложью. Она долго думала о том, как распорядиться деньгами. И решила оставить себе немного, чтобы иметь возможность окончить курсы и не бегать по урокам, а остальные деньги решила отдать партии... Она не сказала об этом Травину, потому что не знала, как он отнесётся к её решению. Она боялась, что он будет осуждать её планы и пожалуй ещё посмеётся над нею.
За последнее время он так часто и так несправедливо нападает на партию, бранит "дни свобод" и с цинизмом отзывается о некоторых общественных деятелях и видных членах партии...
VIII
Вечером того же дня к Травину зашёл Загада, всегда задумчивый, всегда тихий и точно скучающий.
Поздоровались холодно и молча. Загада сел на своё обычное место у печки и принялся щипать бородку.
-- Посмотри, Загада, показалась кровь! -- выкрикнул Травин, размахивая перед товарищем окровавленным платком.
Смущённый Загада молчал.
-- Ты в прошлый раз ушёл торжествующим!.. Загнал меня в тупик... А вот посмотри теперь, как я отношусь к смерти... Я очень рад, что эта кровь показалась... Теперь, брат, шабаш, всё кончено!..
Сидевшая у тёмного окна задумчивая и молчаливая Соня сказала:
-- Будет, Коля, об этом... Ведь это же невыносимо!..