Ладыгин смутился, но не выказал своего смущения, взялся за цилиндр, а потом опять поставил его на стол.
-- Я констатирую на основании данных, -- сказал он строго. -- Вычертите по этим цифрам кривую, -- указал он на запись температуры, -- и вы получите...
-- То, что называется утешением? -- прервал его Травин.
-- Ну, да...
-- Как жалка наука, если и она прибегает к утешениям...
-- Ничего нет удивительного, -- возразил доктор, -- медицина имеет дело с живыми людьми.
Доктор окончательно решил уйти и взялся за цилиндр.
-- А я вот сейчас смотрел на ваши волосы и думал: "Наверное, каждый ваш волос -- свидетель смерти"...
Брови доктора сдвинулись. Он молча пожал Травину руку и направился к двери.
-- Лука Лукич, что же вы сердитесь? -- бросил ему Травин вдогонку насмешливые слова. -- Ведь мы друзья, Лука Лукич, и нам надо подумать о сплочении оппозиции...