Он не выразил до конца своей мысли, и она отразилась в его глазах мрачным и зловещим огоньком.
Отношения между Травиным и товарищем Петром за последнее время как-то испортились. Ничего особенного между ними не произошло, но Пётр первый почувствовал отчуждение и не счёл нужным притворяться прежним. Травин видел это, но не удивился и не пожалел. Он и сам охладел к Петру.
На эту перемену в отношениях обратил внимание Николай Николаевич Верстов и как-то раз высказал сожаление.
-- О чём же сожалеть-то? -- спросил Пётр. -- Побыла с нами интеллигенция, пока ясны были пути, а теперь она и сама-то сбилась с пути... Теперь верно самим нам надо искать новые дороженьки...
-- Это вы правду сказали, товарищ, -- соглашался Николай Николаевич. -- Пора рабочим выдвигать интеллигенцию из своей среды. Это будет попрочнее... А то посмотрите -- чем теперь занята интеллигенция -- "богоискательством" да "богостроительством"... Ведь это же игра в руку реакции...
Когда в тот же вечер Николай Николаевич зашёл в комнату Травина, последний спросил:
-- Вы чего так всё интеллигенцию браните?..
-- Совершенно правильно...
-- А Завьялова вы не считаете интеллигентом?.. Из рабочих? Разумею я...
-- Ничуть!.. Какой же это интеллигент!? Приказчик капитала не может быть интеллигентом...