Они до поздней ночи сидели в кухне, высказывая различные предположения и догадки. Настроение старика и юноши ухудшилось, когда квартиранты вышли из дома.
— Пошли докладывать, — заключил Вагнер.
— Сволочи, — со злобой сказал Алим и сжал кулаки, — а еще русские...
Вареный картофель стоял на столе, но до него никто не дотрагивался. Об ужине забыли, каждую минуту ожидали ареста.
— В дупле у нас ничего нет? — спросил Вагнер.
— Пусто, — ответил Алим.
— Мы ничего не знаем... ничего не видели... никто к нам не ходит... Так и будем говорить, а ребят надо предупредить на всякий случай... Ты завтра в поле не ходи, — сказал Алиму старик.
Оба прошли в спальню, разделись, легли. Однако уснуть не удавалось, каждый звук, шорох заставлял вздрагивать.
В полночь раздались шаги в доме и сдержанный говор. Старик и Алим насторожились.
Это возвратились квартиранты. Они прошли к себе наверх, и в доме воцарилась прежняя тишина.