Моллер побледнел.
— Вас интересует человек, который и нас интересует не в меньшей мере... Даже глупец может понять, что вы ходите сюда из-за Гуго Абиха, а не почему-либо другому...
— Абих сволочь... тип... Он определенно имеет связи с коммунистами, — прошептал, задыхаясь, Моллер. Губы у него пересохли.
— Если бы это было определенно, — прервал его Никита Родионович, — то он бы не сидел сейчас внизу в столовой, а сидел бы... там. Это нужно доказать.
— И я докажу, докажу...
— Ничего вы не докажете, — грубо оборвал Ожогин. — Вы только срываете работу других. Вы провалите все дело, если уже не провалили. Завтра я буду там и скажу свое мнение майору. Вы не только мешаете, вы бросаете тень на нас с Грязновым. Прикрывая свои визиты сюда дружбой с нами, вы настораживаете и Вагнера, и Абиха. Если вас считают сотрудником гестапо, то станут считать и нас. Вот чего вы добьетесь своими нахальными посещениями...
Моллер извлек из кармана грязный носовой платок и как-то грустно сморкнулся.
— Вы этого не сделаете, — пробормотал он.
— Почему вы так уверены?
— Я вас считаю нашим человеком...