— Тсс... — Денис Макарович приложил палец к губам и, оглянувшись, грустно добавил: — Есть, есть... Расскажу как-нибудь и о нем... Не все сразу.
Ожогин не настаивал. Отстегнув ремешок, он стал осматривать аккордеон. В этот момент дверь без стука открылась, и в комнату вошел сосед, которого Никита Родионович только что видел в окно в компании горбуна.
— У вас гость, оказывается? — произнес он и развел руками.
— Да, покупатель, — ответил Изволин и представил вошедшего: — Мой сосед по дому, познакомьтесь.
Никита Родионович вложил аккордеон в футляр, встал и, посмотрев в глаза соседа, подал руку.
— Трясучкин, — назвал себя вошедший.
— Ожогин.
Рука у Трясучкина была потная, и Ожогину показалось, что он прикоснулся к чему-то мерзкому.
— Я за табачком, Денис Макарович, — потирая руки, заговорил Трясучкин, — одолжите немножко. Гость пожаловал, а у меня весь вышел.
Никита Родионович вынул портсигар, наполненный сигаретами, открыл его и подал Трясучкину.