И едва ли не в одном только стихотворении "Ночных часов" слышится скорбь об утраченном прошлом, в тех стихах, где, описав свой "Знакомый Ад", глядящий ему в "пустые очи", поэт восклицает:
Где спутник мой? -
О, где ты, Беатриче? -
Иду один, утратив правый путь.
V
Но остановиться на таком примирении Блоку все же не было суждено. Его новейшие стихи, появляющиеся в журналах, альманахах и газетах после издания "Ночных часов" (1912 - 1915 гг.), вновь говорят о том, как трагически сознает поэт противоречия между своим настоящим и своим прошлым. Временно Блок мог принять скромный жребий - быть только поэтом, временно может и теперь создавать такие прекрасные строфы чистой поэзии, как его последние "итальянские" стихи (опять картины Венеции, Флоренции, Сиены и др.), но не в силах окончательно заглушить в себе воспоминания о более высоких мечтах юности. Темы "Земли в снегу" возрождаются в новых стихах Блока, но без того "упоения гибелью", которое ранее, как огненное зарево, застилало все другие настроения. Теперь - чувство чего-то лучшего, роковым образом невозвратно утраченного, выступает в стихах Блока во всей своей обнаженности, придавая им порою исключительную силу и глубину.
"Да, был я пророком... Царем я не буду... Рабом я не стану... Но я человек..." - так определяет сам поэт пройденный им путь. Блок называет себя "падшим ангелом", признается, что, "покинув стражу, к ночи пошел во вражий стан", что "несбыточной мечты и на полжизни не хватило", наконец, в том,
Как тяжело ходить среди людей
И притворяться непогибшим...
В стихотворении, озаглавленном "К Музе", Блок вспоминает, что